Мировая политика и международные отношения 3.2 ММ; УП - Межвузовский информационно-образовательный портал

Межвузовский Информационно-Образовательный Портал

Demo
Demo

Мировая политика и международные отношения
Назад на образовательную программу


МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ - МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ СТУДЕНТАМ ПО ИЗУЧЕНИЮ ДИСЦИПЛИНЫ

Разделы

Список Литературы

  1. Ачкасов, В.А. Мировая политика и международные отношения : учебник / В.А. Ачкасов, С.А. Ланцов. - М. : Аспект Пресс, 2011. - 480 с. - читать в библиотеке
  2. Никитина, Ю.А. Международные отношения и мировая политика: Введение в специальность : учебное пособие / Ю.А. Никитина. - 2-е изд., перераб. и доп. - М. : Аспект Пресс, 2012. - 152 с. - читать в библиотеке
  3. Александров, О.Б. Международные отношения : хрестоматия / О.Б. Александров. - М. : Евразийский открытый институт, 2010. - 224 с. - читать в библиотеке

Ваш библиотекарь

Анатолий Вассерман

Внимание!

Для входа в Электронную Библиотеку Вам нужно получить Логин и Пароль.
Для получения Логина и Пароля ВАМ нужно обратиться в деканат Вашего института
или заполнить форму для получения:

Форма заявки






Форма контроля

  • ЭССЕ

    Темы для ЭССЕ
    "Мировая политика и международные отношения"
    - в данной дисциплине ЭССЕ сдавать не нужно!
  • РЕФЕРАТ

    Темы для рефератов
    "Мировая политика и международные отношения"
    - в данной дисциплине РЕФЕРАТ писать не нужно!

Форма отправки результатов (ТЕСТ, РЕФЕРАТ)




  • captcha



ВАШ Куратор

priemzao@inyaz-mil.ru

(495) 632-00-78




Содержание разделов печать раздела -    

Лекция 1. Мировая политика и международные отношения как объект изучения
верх

Вопрос 1. Теория международных отношений в структуре социально-гуманитарных наук.

Наука «Международные отношения» представляет собой комплекс социально-гуманитарных дисциплин, объектом изучения которых являются мировые политические процессы. К числу этих дисциплин относятся:

  • теория международных отношений;
  • история международных отношений — составная часть исторической науки;
  • международное право — составная часть юридической науки;
  • мировая политика;
  • мировая экономика и международные экономические отношения (часть экономической науки) и др.

Для теории международных отношений, как одной из важнейших дисциплин данного комплекса, предмет исследования может быть определен следующим образом: изучение закономерностей международных отношений как целостной системы, анализ международной политики и внешней политики отдельных государств, анализ динамики и тенденций развития мирового политического процесса и основных направлений деятельности его ведущих субъектов, а также комплексное исследование отдельных вопросов мировой политики. Такое широкое предметное поле и определяет место и роль теории международных отношений в структуре современного гуманитарного знания.

Этапы становления ТМО как научной дисциплины

Теория международных отношений относится к числу сравнительно молодых обществоведческих дисциплин, хотя ее истоки можно найти в социально-политической мысли прошлых столетий и даже тысячелетий. Поскольку предметная область теории международных отношений — это сфера политики, постольку данная наука относится к области политического знания, более того, до недавнего времени она рассматривалась как один из разделов политической науки. На начальном этапе развития в современной политологии международной проблематике не уделялось значительного внимания. В работах М. Вебера, Г. Моски, В. Парето и других классиков политической науки рубежа XIX–XX вв. практически нет рассуждений о международных отношениях того периода. Необходимости в специальном анализе международной политики ни в конце XIX в., ни в начале XX в. не ощущалось. Таким образом, «социальный заказ», вызвавший к жизни политическую науку, требовал исследования только проблем внутренней политики и оставлял «за скобками» проблемы международных отношений. Первая мировая война изменила ситуацию. Эта война приобрела размеры, которые ранее невозможно было представить, и привела к чудовищным жертвам и разрушениям. Итоги и результаты войны подтолкнули политическое и научное сообщество к мысли о необходимости внимательного изучения международных отношений, для того чтобы в будущем не допустить ошибок, следствием которых стала бы подобная катастрофа. Не случайно термин «теория международных отношений» возник сразу же после окончания Первой мировой войны. Этот термин был впервые использован в 1919 г. в Уэльсском университете в Эйберсвите (Великобритания), где одна из вновь созданных кафедр была названа в честь американского президента Вудро Вильсона. Эта кафедра должна была обеспечивать преподавание и изучение проблем международных отношений.

В 1920–1930-е годы подобные кафедры стали возникать и в некоторых других университетах Запада. Однако, несмотря на появление термина, теория международных отношений как учебная и научная дисциплина в 20–30-е годы XX в. реально так и не сложилась. Первая мировая война дезорганизовала внутреннюю экономическую и политическую жизнь тех западноевропейских стран, которые в ней участвовали. Едва последствия войны стали преодолеваться, начался мировой экономический кризис. В ряде европейских стран устанавливаются авторитарные и тоталитарные политические режимы, количество демократических государств резко сокращается. Развитие политической науки в Европе затормозилось, а в некоторых странах и вовсе было остановлено. В 1930-е годы накануне Второй мировой войны идет массовая миграция ученых разного профиля из европейских стран в США, среди этих эмигрантов обществоведы, в том числе политологи, составляли немалую часть. Благодаря этим обстоятельствам в межвоенный период центр мировой политической науки переместился на Североамериканский континент. А в США для развития политологии сохранялись благоприятные условия. Политологические центры возникли практически во всех ведущих американских университетах. Поскольку в условиях бесконечных избирательных кампаний существует большой спрос на их научное и методологическое обеспечение, большое место в деятельности американских политологов занимают прикладные, эмпирические исследования. Ведущую роль в американской политической науке межвоенного периода играли ученые Чикагской школы — Ч. Мерриам, Г. Лассуэлл, Г. Госнелл.

Начало Второй мировой войны и вступление в нее США обусловили повышение роли американской политологии в подготовке и принятии важнейших политических решений как по внутренним, так и международным проблемам. Требования военного времени привели к резкому повышению спроса на политологическую экспертизу, что, в свою очередь, стало причиной бурного развития сети академических центров и институтов политологического профиля в послевоенные десятилетия. По окончании Второй мировой войны созданная в рамках системы ООН специализированная организация по вопросам культуры и образования ЮНЕСКО провела ряд мероприятий по конституированию политологии в качестве международно признанной научной дисциплины. С этой целью в 1948 г. в Париже состоялся международный политологический коллоквиум, на котором были определены содержание и структура политической науки. В частности, она должна была включать следующие вопросы: 1) политическую теорию (теорию политики и историю политических идей); 2) теорию политических институтов; 15 3) раздел, изучающий деятельность партий, групп, общественное мнение; 4) теорию международных отношений (исследование международной политики, международных организаций, международного права). Хотя истоки теории международных отношений находятся в истории западноевропейской политической мысли, в качестве самостоятельной дисциплины она конституировалась в США, что и предопределило длительное доминирование американской школы в данном научном сообществе.

Даже названия основных направлений теории международных отношений (идеализм, реализм, неолиберализм, неореализм) появились на американской почве и отразили американскую специфику. Почти все наиболее авторитетные специалисты в области теории международных отношений — Г. Моргентау, Дж. Розенау, Дж. Модельски, М. Каплан, К. Дойч, К. Уолтц, Р. Гилпин, Р. Кеохейн, Дж. Най и многие другие — представляют американскую политическую науку. Постепенно теория международных отношений как научная и учебная дисциплина получила распространение в странах Западной Европы и других регионах.Начиная с 40-х годов XX в. теория международных отношений развивается в общем русле политической науки. Организационные структуры для преподавательской деятельности и научных исследований в области международной политики формировались в рамках институтов, факультетов или иных подразделений общеполитологического характера. В послевоенные годы западные специалисты в области международных отношений стали больше внимания уделять исследованию причин вооруженных конфликтов, механизмов и способов разрешения споров между нациями и роли межправительственных организаций в обеспечении международной безопасности и т. д. В условиях холодной войны они видели в коммунизме главную угрозу и сосредоточились преимущественно на исследовании проблем внешней и военной политики, международного порядка и безопасности, то есть на политике высокого уровня (англ.: highpolitics). Изучению политических аспектов экономических процессов в то время уделялось мало внимания. Проблемы управления мировой экономикой в рассматриваемый период находились на периферии научных интересов и принадлежали политике низкого уровня (англ.: lowpolitics).

В 1970-е гг., наконец, внимания исследователей-международников удостоился экономический фактор, громко заявивший о себе в условиях разразившегося глобального нефтяного кризиса. С этого времени стала активно развиваться научная область, получившая название международной политической экономии, МПЭ (англ.: internationalpoliticaleconomy, IPE). В результате, отмечает британский исследователь Сьюзен Стрендж, был положен конец «длительному и вредному разделению политики и экономики в изучении мировой системы…» Изучение мировой экономики оказало решающее влияние на развитие науки о международных отношениях. Ведь именно в этой сфере глобализация, представляющая собой процесс учащения трансграничных передвижений и усиления взаимозависимости между странами и народами, достигла своего верхнего уровня. Поворотным моментом в процессе глобализации стал приход к власти в США и Великобритании на рубеже 1970–1980-х гг. приверженцев свободного рынка, вставших на путь либерализации финансов и инвестиций, дерегулирования и приватизации общественного сектора. Выдающийся финансист, филантроп и ученый Джордж Сорос отмечает, что «глобализация финансовых рынков, начавшаяся в 1980-х гг., позволила капиталам свободно перемещаться по миру, затрудняя их налогообложение и регулирование» . Одновременно с упразднением в глобальном масштабе инвестиционных препон в виде экологического, профсоюзного, социального и налогового регулирования формировалась идеология глобализма, направленная на обоснование неизбежности происходивших перемен, их позитивного характера, а также обеспечение «консенсуса» относительно формирования нового мирового порядка под руководством Запада и при лидирующей роли США. В конце 1970–1980-х гг. сформировалось новое научное направление — мировая политика.Поначалу оно ориентировалась на международные отношения, придавая основное значение межгосударственному взаимодействию.В этом смысле показателен учебник «Мировая политика» (WorldPolitics:AnIntroduction) одного из основоположников новой дисциплины, директора Института транснациональных исследований Университета Южной Каролины (США) Джеймса Розенау, написанный в 1976 г. в соавторстве с двумя другими исследователями — Кеннетом Томпсоном и ГэвиномБойдом. Он состоял из четырех частей. Первые три были посвящены анализу внешней политики государств и межгосударственному взаимодействию и лишь последняя, четвертая — обсуждению общих тенденций развития мира.

Мировая политика, МП (англ.: worldpolitics) как наука и учебная дисциплина представляет собой сравнительно новую область знаний, независимую ветвь теории международных отношений. Подчеркивая различия между этими дисциплинами, в первом случае принято акцентировать внимание на глобальных проблемах и вопросах развития мировой политической системы в целом, а во втором — на межгосударственных отношениях. Иногда термин мировая политика используют для описания истории международных отношений. Примером служит двухтомник английского исследователя Питера Кальвокоресси «Мировая политика после 1945 г.» (2000). МП возникла на стыке исследований, выполненных в рамках следующих дисциплин: ТМО, МПЭ, анализ международных организаций, политология, сравнительная политология. Сегодня она расширяет поле своего внимания, привлекая данные психологии, социологии, демографии, права, экологии и других дисциплин. Следовательно, существенным отличием мировой политики от ТМО является ее бoльшая ориентация на смежные дисциплины. В то время как ТМО сфокусирована на истории, мировая политика — на политологии. Важную роль в разработке проблематики новой дисциплины сыграл журнал «Международная организация», который выходил с конца 1940-х гг. Первоначально сотрудничавшие с ним авторы занимались такими вопросами, как деятельность ТНК, финансы, мировая торговля и т. п. В дальнейшем они пришли к пониманию необходимости изучения международной системы в целом и широко развернули исследовательскую работу по выявлению взаимосвязей и взаимозависимостей между внутренней политикой отдельных государств и международной экономической средой. Еще одним направлением исследований, которое оказало огромное влияние на формирование МП, стало изучение международных институтов. После окончания Второй мировой войны наблюдался количественный рост международных организаций, которые стали предметом самого пристального внимания со стороны политологов, экономистов, специалистов в области международных отношений. Особая роль отводилась ООН и ее миротворческим операциям. В связи с этим обсуждались проблемы адаптации деятельности ООН к реалиям холодной войны и соперничеству сверхдержав. СовременнаяМП — это наука о современном состоянии мировой политической системы и тенденциях ее развития, глобальных проблемах, которые рассматриваются во взаимосвязи друг с другом и в едином контексте. В качестве участников международного взаимодействия она рассматривает не только государства, которые признает в качестве главных акторов, и межправительственные организации, но и другие силы — неправительственные организации, ТНК, внутригосударственные регионы и т. п. При этом она избегает резкого противопоставления проблематики внутренней и международной политики .

Вопрос 2. Особенности становлениятеории международных отношений в России

В Советском Союзе, отделенном «железным занавесом» от большей части остального мира, общественные науки могли существовать только на идеологической и методологической базе «марксизма-ленинизма». Это касалось как их содержания, так и структуры, которая обязательно должна была отражать структуру самого марксистского учения, сложившегося еще в первой половине XIX в. Месте с тем, в Советском Союзе родилась совершенно оригинальная школа международников, методологически основываясь на принципах теории «мирного сосуществования», «пролетарского» (социалистического) интернационализма. С другой стороны советские теоретики-международники продолжили развитие богатейшей традиционной русской теоретической школы и школы практической дипломатии. Как писал в конце ХIX в. Карл Маркс: «Лучшая международная дипломатия – русская». Речь идет о таких личностях, известных и признанных и в теории и в практике международных отношений советского периода как А. Колонтай, Чичерин, Майский, М. Литвинов, Тарле. Некоторая либерализация духовной жизни советского общества, начавшаяся в годы правления Н. Хрущева, продолжалась и в период, впоследствии названный «застоем». Некоторые советские ученые и публицисты пытались придать отечественному обществоведению схожесть с мировыми стандартами если не по содержанию, то хотя бы по форме.В частности, Ф. Бурлацкий добивался официального признания политической науки, правда, отмечая ее «марксистско-ленинский» характер. В системе Академии наук СССР были созданы несколько новых научно-исследовательских центров с международной тематикой: Институт мировой экономики и международных отношений, Институт США и Канады, Институт Латинской Америки, Институт Дальнего Востока, Институт Африки, Институт международного рабочего движения. В МГИМО (У) МИД России читался учебный курс «Основы теории международных отношений», но он лишь по своему названию совпадал с учебными курсами, изучавшимися в западных университетах. Группа сотрудников ИМЭМО во главе с академиками Н. И. Иноземцевым и Е. М. Примаковым готовила объемное издание «Теория международных отношений». Но партийные инстанции так и не одобрили этой инициативы. Удалось лишь создать небольшие исследовательские группы в ИМЭМО и некоторых других научных учреждениях, которые пытались заниматься теоретическим анализом международных отношений под прикрытием задачи «разоблачения буржуазной идеологии» или апологетики «ленинской миролюбивой политики КПСС».

Падение коммунистического режима и идеологической монополии «марксизма-ленинизма» радикально изменило ситуацию. К концу 1990-х годов интерес к теории международных отношений стал возрастать. Появились новые научно-теоретические и учебно-методические работы по данной проблематике. Этому способствовали и радикальные сдвиги в области гуманитарного образования, которое перестроилось в соответствии с принятыми в мире стандартами. Сегодня во многих университетах России осуществляется обучение по направлениям политология, социология, международные отношения, регионоведение, связи с общественностью. Учебные планы всех этих направлений включают учебные курсы по проблемам теории и практики международных отношений. Объективно возрастает и практическое значение теории международных отношений, поскольку актуальными остаются вопросы о месте России в формирующейся системе международных отношений, о перспективах ее развития в условиях глобализации, о приоритетах и основных направлениях российской внешней политики. В 1999 г. на базе Института США и Канады РАН (ИСКРАН) как ведущего российского центра международных и регионально-страноведческих исследований был основан факультет мировой политики (ФМП), который вошел в структуру Государственного университета гуманитарных наук (ГУГН). В том же году факультет международных отношений был учрежден в Северо-Западной академии государственной службы. В 2003 г. факультет мировой политики появился и в структуре МГУ. Его возникновение связано с традицией существовавшего до 1944 г. в МГУ международного факультета, на базе которого впоследствии был создан МГИМО.

Хотя отечественная школа теории международных отношений по мировым меркам является очень молодой, она сталкивается с теми же проблемами, которые стоят перед этой наукой и в странах, где она зародилась. Одна из таких проблем — определение места теории международных отношений в структуре современных наук об обществе. Некоторые российские авторы вслед за своими западными коллегами выдвигают тезис о том, что произошло размежевание теории международных отношений и политической науки. Более того, высказывается мнение о существовании отдельной науки о международных отношениях. Сегодня часто и на Западе подготовка политологов и специалистов в области международных отношений и дипломатии осуществляется раздельно, в России же так было принято изначально. Подготовка специалистов в области международных отношений имеет свою специфику, которая заключается в изучении большого количества дисциплин, например иностранных языков.К тому же в современном мире международные отношения отнюдь не сводятся к отношениям политическим, следовательно, специалист в этой сфере — это не всегда политолог.

Лекция 2. Теории международных отношений и внешней политики в истории общественно-политической мысли
верх

Вопрос 1. Внешнеполитические концепции эпохи Возрождения и Нового времени: реалистический подход.

Вместе с появлением государства и обособлением политической сферы от других сфер жизнедеятельности общества возникает и феномен международных отношений, а сама политика дифференцируется на внутреннюю и внешнюю. Одним из первых мыслителей, обратившихся к исследованию международных отношений, стал Николо Макиавелли (1469-1527). Его же можно считать и продолжателем реалистической традиции в подходе к проблемам международной политики. Считая войну неизбежной спутницей человеческой истории по причине изначальной склонности людей к применению силы и испорченности общественных нравов, Н. Макиавелли полагал, что достижение всеобщего мира между народами невозможно. Главная задача государства во внешнеполитической деятельности — это эффективная защита своих интересов. А интерес и выгода — мотивы, лежащие в основе любой политики на международной арене. Н. Макиавелли отбрасывает моральные нормы не только во внутренней, но и во внешней (международной) политике. «Опыт нашего времени показывает, — пишет он, — что великие дела творили как раз князья, которые мало считались с обещаниями, хитростью умели «кружить людям головы» и одолевали тех, «кто полагался на честность». Отталкиваясь от такого представления о «разумном правителе», мыслитель полагал, что государства не должны быть связаны никакими ограничениями при принятии решений о начале войны. Его определение справедливых и несправедливых войн отличается крайним релятивизмом: «Война справедлива для тех, для кого она необходима». В войне государство может преследовать две основные цели: завоевания и сохранение своей свободы. Завоевания же необходимы для того, «чтобы обогатиться самим и сделать врага беднее. Ни для чего иного победа не нужна». В мирное урегулирование конфликтных ситуаций между государствами Н. Макиавелли не верил, полагая, что только сила является реальным фактором политики. Он считал, что каждое государство должно стремиться к усилению, поскольку именно это даст возможность ему достичь внешнеполитических целей. Делая ставку на силу, Н. Макиавелли предлагал отбросить не только моральные нормы, но и право. Лишь не останавливаясь перед насилием и обманом, можно добиться политического успеха в отношениях с другими государствами. Одновременно с этим, будучи горячим сторонником объединения и освобождения своей страны, итальянский мыслитель высказался в пользу закрепления права народов на объединение и свободу от вмешательства извне, что можно считать одним из первых приемов провозглашения международно-правового принципа права наций на самоопределение.

Непреходящее значение для теории международных отношений сохраняет наследие Томаса Гоббса (1588–1679). В основу подхода английского философа к определению и пониманию сущности межгосударственных отношений легла его общая социально-политическая концепция, в которой человек трактуется как существо эгоистическое, обладающее бессознательным стремлением к власти, господству над другими людьми и материальному обогащению. Как следствие естественным состоянием человеческих взаимоотношений является «война всех против всех и каждого против каждого». Сохранение естественного состояния представляет угрозу для существования человеческого общества, так как таит в себе опасность самоуничтожения. Для того чтобы этого избежать, люди должны заключать общественный договор. На основе такого договора и возникает государство (Левиафан), которому в обмен на гарантии безопасности, мира и спокойствия люди добровольно уступают часть своих прав и свобод. Отношения между людьми упорядочиваются в рамках «гражданского состояния», но отношения между государствами сохраняют «естественный» характер. Суверенные государства не связаны никакими ограничениями, и единственным регулятором их взаимоотношений остается сила. По мнению Т. Гоббса, государства — это «военные лагери», которые защищаются «друг от друга с помощью солдат и оружия». Хотя с морально-этической позиции Т. Гоббс осуждал войны, видя в них «корень всякого несчастья и всех зол», из его концепции вытекало признание неизбежности этого явления до тех пор, пока сохраняется «естественное» состояние международных отношений. Согласно взглядам английского философа, лишь создание мирового правительства, стоящего над властью отдельных государств, способно покончить с войнами между народами. Однако сам Гоббс в такую перспективу не верил. Он был первым, кто теоретически обосновал анархический характер отношений между государствами. До сих пор сторонники реалистической парадигмы в теории международных отношений исходят из этих выводов.

Наиболее ярким представителем реалистического подхода к международной политике в эпоху Нового времени был великий немецкий философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770–1831). Он полагал, что нормы права в международных отношениях не способствуют предотвращению конфликтов, а, напротив, порождают разногласия между государствами. По мнению Гегеля, войны — составная часть правового регулирования международных отношений. Именно война решает, «какое право должно уступить... другому праву, должна установить не истинность права той или другой стороны, ибо истинны права обеих сторон», а какое право из двух обречено на уступки. Для Гегеля международное право является не системой положений, направленных на поддержание согласия между участниками международного общения, а совокупностью норм, «обеспечивающих» возникновение конфликтов между государствами. Поэтому сила здесь обретает статус ключевого момента регулирования международных отношений, изменяя правовые ситуации в соответствии с представлениями государств о своих выгодах и правах. Немецкий философ писал, что «право может отстоять себя, только опираясь на силу». Гегель не считал возможным учитывать требования морали в международных отношениях. Он полагал, что «благо государства имеет совершенно другое оправдание, чем благо отдельного лица», следовательно, деятельность государства не должна опираться на «моральные заповеди». Гегель не поддерживал идею международного сотрудничества. Более того, философ характеризовал мирное время как время, когда особый размах приобретают многие «отрицательные» явления социальных отношений, а особые интересы государств порождают борьбу между ними. Он отрицал также идею совершенствования международного сотрудничества и создания международного парламента. Взгляды Гегеля были использованы в XX в. при формировании основных концептуальных положений школы политического реализма. До сих пор некоторые из данных положений находят свое выражение в трудах наследников этой школы.

Вопрос 2. Развитие либеральной концепции международных отношений

Формирование либерального взгляда на международные отношения связано с именами Иммануила Канта и Джереми Бентама. В противоположность Гегелю его предшественник немецкий философ И. Кант (1723–1804) отдавал приоритет моральному и правовому фактору в политике. Вопросы войны и мира он стремился решать с позиций защиты прав и интересов людей. Война, по его мнению, противоречит нравственному определению роли человека как существа, обладающего абсолютной ценностью. В то же время война — результат несоблюдения этических правил, поэтому для ее искоренения международная политика государств должна следовать требованиям и нормам морали. Очень образно И. Кант писал о том, что политика как особая область деятельности государства только тогда «достигнет, хотя и медленно, ступени, где она будет непременно блистать», когда встанет «на колени перед правом». Кант верил в благотворное влияние права на отношения между государствами и предложил проект договора об установлении мира между народами:

  • В первой статье проекта он предлагал обязать государства к проведению открытой, честной, миролюбивой политики, не оставляющей тайных оснований для новых войн.
  • Во второй статье философ высказался за право народов самостоятельно избирать путь своего развития, за суверенное равенство государств.
  • В третьей статье он предлагал ликвидировать постоянные армии, угрожающие другим государствам, а оборону страны поручить людям, прошедшим военное обучение добровольно.
  • В следующих статьях Кант ратовал за отказ от насильственного вмешательства «в политическое устройство и правление других государств», рассматривая насилие как серьезную угрозу международному миру, а также предлагал закрепить в качестве международных обязательств ряд мер, направленных на обеспечение политического сотрудничества государств.

Подводя итоги первой части проекта, он сделал весьма важный вывод о том, что некоторые положения данного проекта должны выполняться при любых обстоятельствах. Во втором разделе своего проекта И. Кант приводит «окончательные статьи договора о вечном мире», предлагая установить в каждом государстве республиканское правление, а также регулировать отношения между государствами, основываясь на федерализме свободных государств, имея в виду «союз народов», а не «государство народов». Этому немецкому философу принадлежит заслуга не только выдвижения идеи мира, но и постановки практической задачи достижения мира как одной из важнейших политических задач человечества.

Английской политической мысли современная политология обязана самим термином «международные отношения». Его ввел в научный оборот один из видных представителей английского либерализма Дж. Бентам (1748–1832). Главную цель деятельности всякого государства он видел в достижении благополучия и счастья людей. Исходя из этой предпосылки Дж. Бентам отмечал несоответствие характера международных отношений того времени и задач каждого из государств-участников. Основную причину такого несоответствия мыслитель усматривал в постоянно возникающих международных конфликтах и войнах и стремился найти оптимальные рецепты избавления от этих зол. Так же как и многие мыслители до него, Дж. Бентам считал фундаментальной основой внешней политики государственный интерес и выгоду. Но в отличие, например, от Н. Макиавелли он полагал безнравственным игнорировать интересы других участников межгосударственных отношений. По сути дела, Дж. Бентам, выдвинул положение о том, что объективные интересы любой нации в большинстве случаев заключаются в предотвращении войн и конфликтов. Эскалация же конфликтов и войн свидетельствует о забвении объективных национальных интересов.

Бентам высказывался за изменение процедуры принятия политических решений. В частности, призывал к открытому обсуждению вопросов текущей политики. Английский мыслитель придерживался и той точки зрения, что парламентский контроль над монархами в вопросах войны и мира позволит избегать развязывания военных действий вопреки воле нации. Международное право Бентам представлял как совокупность норм, ограничивающих применение силы и произвол в отношениях между государствами. Философ был безусловным сторонником правового равенства всех народов и государств, он один из первых осудил практику колониализма. Тогда, когда крупнейшие державы мира стремились обзавестись новыми колониальными владениями за пределами европейского континента, он полагал, что настало время отказаться от колоний, а не приобретать их, поскольку в действительности они являются лишь бременем, а не источником прибыли для своих метрополий. В 1786–1789 гг. он выдвинул план создания универсальной международной организации, основными элементами которой должны были стать: конгресс, общий суд и коллективные вооруженные силы. В компетенцию конгресса, который представлял бы на равноправной основе все объединившиеся в организации государства, входили бы обсуждение наиболее важных международных вопросов и выработка рекомендаций по их решению. Спорные проблемы предполагалось решать с помощью общего суда, а для выполнения его решений использовать коллективные вооруженные силы. Многие идеи Дж. Бентама опередили свое время и были осуществлены значительно позднее. Они нашли свое выражение в том направлении теории международных отношений, которое в XX в. получило название политического идеализма.

Вопрос 3. Марксистские концепции международных отношений.

Марксистское понимание проблем мировой политики и международных отношений базировалось на идеях экономического детерминизма. Сама мировая политика с точки зрения марксизма могла появиться только после формирования мирового рынка. Буржуазия отдельных стран посредством контроля над этим рынком превращается в космополитическую силу, становится господствующим классом в мировом масштабе. Одновременно и социальный антипод буржуазии - пролетариат - превращается в некую интернациональную общность, не имеющую собственного отечества, но имеющую общие классовые интересы во всех странах. Классовая борьба, по мнению классиков марксизма, является движущей силой политического процесса не только на уровне отдельных стран, но и в сфере международных отношений. Взгляды К. Маркса и Ф. Энгельса на международную политику имели некоторое сходство с воззрениями немецких классических философов. Так же как и И. Кант, основоположники марксизма считали возможным достижение вечного мира, но путь к нему лежал, по их мнению, не через моральное совершенствование, а через классовую борьбу и революцию. Мировая революция призвана покончить не только с социальными, но и с национальными антагонизмами, превратить все человечество в единую общность, не знающую классовых различий, ни государственных границ. Уничтожение частной собственности и классов должно было стать условием распространения простых нравственных норм, характерных для отношений между частными лицами, на отношения между народами. Но пока эта цель не достигнута, К. Маркс и Ф. Энгельс вслед за Г. Гегелем считали войны и конфликты между государствами неизбежными и неустранимыми. В. Ленин в целом придерживался тех же взглядов на международную политику, что и основоположники марксизма, но дополнил их новыми положениями. Прежде всего, это касалось его теории империализма. В соответствии с постулатами этой теории для последней стадии капитализма характерно господство монополий и финансовой олигархии внутри отдельных стран, усиление внешней экспансии, стремление к территориальному переделу мира. В. Ленин считал, что империалистическая политика имеет сугубо экономическую природу и неизбежно ведет к мировым политическим кризисам, войнам и революциям. Развивая марксистскую идею мировой революции, В. Ленин внес в нее некоторые коррективы согласно реалиям начала ХХ в. Также как К. Маркс, он глубоко проанализировал тенденции общества середины и второй половины XIX в., закономерности, прогресс и будущее крушение простого, товарного, домонополистического капитализма в своей главной работе «Капитал». Так и В. Ленин дал адекватный анализ современного ему общества – монополистического капитализма – в труде «Империализм, как высшая стадия капитализма.

Если говорить о политике советской, то мы должны отметить внешнеполитический принцип, утвержденный В.И. Лениным по отношению к враждебному буржуазному окружению -принцип мирного сосуществования. Данный принцип характеризовал внешнюю политику СССР на протяжении большей части его государственной истории, с 20-х по 80-е годы включительно. Как писал еще В.И. Ленин: «… по-другому, кроме как сосуществовать с капиталистическими странами, мы жить не можем, разве что – улетев на Луну». Вторым принципом советской внешней политики являлся принцип пролетарского (социалистического) интернационализма. Проведение данной политики было ориентировано на ту часть мира, на те государства, которые были либо друзьями (входили в формальные или неформальные союзные отношения с СССР), либо объявили о своей социалистической внешнеполитической ориентации. Внешнее противоречие данных принципов является отражением исторической дискуссии 20-х годов И.В. Сталина и Л.Д. Троцкого, в которой Л.Д. Троцкий призывал все силы государства Советский Союз подчинить задачам перманентной революции во всемирном масштабе, а И.В. Сталин, наоборот, настаивал (и настоял) на подчинение всей внешней политики Советского государства задачам строительства социализма внутри самого СССР. Если принцип мирного сосуществования имел отношение к врагам, то принцип пролетарского (социалистического) интернационализма характеризовал отношения с союзниками.

ЛЕКЦИЯ 3. КОНЦЕПЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ И МИРОВОЙ ПОЛИТИКИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX В. — НАЧАЛА XXI ВЕКА

Лекция 3. Концепции международных отношений и мировой политики второй половины XX в. - начала XXI века
верх

Вопрос 1. Внешнеполитические концепции середины XX века (50-60 гг.)

Политический идеализм в теории и практике международных отношений

Для политического идеализма первоосновой международных отношений являлись мораль и право. Сторонники данного подхода пытались анализировать цели и задачи внешней политики исходя исключительно из морально-этических и абстрактно-правовых норм.Такие представители североамериканской внешнеполитической мысли первой половины XX в., как Д. Перкинс, Ф. Танненбаум, Т. Кук, М. Мус, Ф. Джессап, У. Липпман, Т. Мюррей, В. Дин, в соответствии со взглядами классического либерализма полагали, что главными задачами внешней политики Соединенных Штатов Америки должна быть защита идеалов свободы и демократии во всем мире. Они разделяли убеждения, что демократизация международных отношений, внедрение в мировую политику норм нравственности и справедливости окончательно устранят вооруженные конфликты и войны между народами. По их представлениям, мировое сообщество демократических государств вполне сможет добиться утверждения такого мирового порядка, при котором все конфликты будут разрешаться лишь мирным путем, на основе норм и принципов международного права, при увеличении числа и повышении роли международных организаций. Как видно, политический идеализм в США унаследовал многое из традиций европейской либеральной политической мысли. Вместе с тем, среди американской научной общественности уже в 1920– 1940-е годы нарастали неудовлетворенность политическим идеализмом, разочарование в результатах политической практики, основанной на его принципах. Прежде всего, это было связано с провалом внешнеполитической доктрины и дипломатической практики администрации президента Вудро Вильсона(28-й президент США, 1913—1921). Как известно, он оправдывал необходимость отказа от вытекавшего из концепции изоляционизма нейтралитета и вступления США в Первую мировую войну ссылками на нарушение Германией правовых и морально-этических норм.

В своих знаменитых «14 пунктах» В. Вильсон выдвинул основанный на идеалистических подходах план послевоенного мирного урегулирования.В соответствии с этим планом наряду с осуществлением территориальных изменений после окончания Первой мировой войны предполагалось создать универсальную международную организацию — Лигу Наций (10 января 1920 - 18 апреля 1946).По представлениям В. Вильсона и людей, разделявших его взгляды, именно международные организации, а не сила, должны гарантировать в будущем мир и безопасность. По инициативе США в 1928 г. представителями почти всех крупных государств мира был подписан Пакт Бриана—Келлога(министр иностранных дел Франции А. Бриан и госсекретарь США Ф. Келлог), который предусматривал отказ его участников от войн как средства урегулирования международных споров и содержал призыв разрешать такие споры только мирными средствами. Однако реальное политическое значение этого документа оказалось близким к нулю. Уже на стадии подписания по настоянию некоторых государств в текст документа были внесены поправки, выхолащивающие его содержание, а в дальнейшем те же государства (Германия, Италия, Япония) своими действиями перечеркнули и дух и букву этого Пакта. Лига Наций, хотя и была создана, также оставалась малоэффективным институтом, в деятельности которого сами США вскоре отказались принимать участие. Провал этих планов вызвал разочарование у американской политической элиты.С началом Второй мировой войны в США резко усилились позиции тех, кто выступал за силовые методы достижения внешнеполитических целей.Всеэтои способствовало широкому распространению идей «политического реализма» в области внешней политики. Политический реализм в США Теория международных отношений, как самостоятельная область научных знаний, зародилась в американской политологии в период между двумя мировыми войнами и окончательно оформилась в50-60-ых гг. XXв. Одно из главных направлений этой теории в США — школа«политического реализма», ставшаяантитезой господствовавшим среди части североамериканской политической элиты идеалистическим представлениям о внешней политике и международных отношениях.

Суть реалистического подхода заключалась в том, что сила, а не моральные и правовые принципы определяют внешнюю политику государства.Этот традиционный, или «реалистический», взгляд был присущ прежде всего таким мыслителям прошлого, как Н. Макиавелли, Т. Гоббс и ряду других. Наряду с наследием европейской политической мысли в формировании школы политического реализма определенную роль сыграли работы американского философа и теологаР.Нибура. В книге «Моральный человек и аморальное общество», вышедшей в 1936 г., Нибур писал об изначальной греховности человека и склонности ко злу вследствие того, что он стремится достичь большего, чем может на самом деле.Далее мыслитель пришел к выводу о неизбежности и неустранимости борьбы между людьми за власть и силу. Он философски обосновал то, что реалисты считали и считают ядром и движущей силой международной политики. Основоположником и наиболее видным представителем школы политического реализма в США считается Ганс Моргентау(1904– 1980). Не будучи американцем по рождению (его родина — Германия), Г. Моргентау проявил себя активным сторонником защиты интересов Соединенных Штатов на международной арене. С его точки зрения, международная политика, как и всякая другая, является борьбой за власть. Саму же власть он рассматривал как возможность контроля над умами и действиями людей, причем политическая власть — это отношения взаимного контроля между теми, кто обладает властью, и между последними и народом в целом.В сфере международных отношений под борьбой за власть Г. Моргентау подразумевал борьбу государств за утверждение своего силового превосходства и влияния в мире. С позиций политического реализма, международные отношения — это прежде всего отношения межгосударственные, где единственными реальными акторами являются суверенные государства. Последние, естественно, стараются реализовать собственные интересы, используя весь имеющийся в их распоряжении силовой потенциал. Войны и конфликты, таким образом, представляются неизбежным следствием самой природы международных отношений, а надежды добиться всеобщего мира, опираясь на правовые и моральные нормы, — иллюзией. Ганс Моргентау сформулировал широко известный основной тезис политического реализма, который гласит: «Цели внешней политики должны определяться в терминах национального интереса и поддерживаться соответствующей силой». В соответствии с таким подходом анализ категорий национальный интерес и национальная сила находился в центре внимания самого Г. Моргентау и других представителей американской школы политического реализма — Дж. Кеннана, К. Томпсона, Ч. Маршалла, Л. Халле, Ф. Шумана, Ч. и Ю. Ростоу, Р. Страуса-Хюпе.

Модернистские концепции международных отношений 50-60-ых гг. XX в.

Модернизмпоявился в середине 1950-х годов и стал своеобразным противовесом господствовавшему в сфере изучения международных отношений политическому реализму. Усилия модернистов были направлены на выработку некой альтернативной политическому реализму общей теории международных отношений. Надежды на создание подобной теории были связаны с использованием для исследования мировой политики и международных отношений общей теории систем. Первая подобная попытка была предпринята в 1955 г. Ч. Макклеландом, выдвинувшим предположение о том, что международные отношения следует рассматривать как систему, состоящую из взаимосвязанных частей, структура которой в значительной степени определяет поведение объединенных ею государств. Дальнейшее развитие данная концепция получила в работах М. Каплана, Дж. Розенау, Р. Розенкранца, Д. Сингера и других американских политологов. Они считали целью всякой международной системы сохранение внутреннего стабильного состояния. Внимание модернистов привлекал также вопрос о связи международной системы с внутренними политическими системами. Иначе говоря, проблема взаимодействия системы и среды рассматривалась как проблема воздействия внутренней политической ситуации на международные отношения и наоборот.

Вышеназванная проблема особенно привлекала одного из самых известных представителей модернизма 1960-х годов Джеймса Розенау.Этот американский политолог выдвинул специальную концепцию сцепления. Этим термином Дж. Розенау обозначил такое явление, когда поведение актора в рамках одной внутренней системы влияет на другую, равно как и на систему международных отношений. Технологический прогресс, развитие массовых коммуникаций, указывал он, усиливают тенденции к сцеплению и делают политические системы более проницаемыми для внешнего влияния. В концепции сцепления Дж. Розенау отстаивает тезис о том, что внешняя политика любого государства детерминирована как внешними, так, еще в большей степени, и внутренними факторами. Но одновременно и внутренняя политика подвержена влиянию других государств и всей системы в целом.Из этого вытекает вывод о примате внутренней политики над внешней. Дж. Розенау выделил пять основных факторов, влияющих, по его мнению, на внешнюю политику:

  1. индивидуальные факторы, под которыми понимаются личные качества, талант, предшествующий опыт политических деятелей, определяющие особенности принятия внешнеполитических решений данными лидерами по сравнению с другими;
  2. ролевые факторы или, иными словами, факторы, имеющие отношение к внешнему поведению государственных деятелей, обусловленные ролью, вытекающей из занимаемого ими официального положения, а не из их личных качеств и характеристик;
  3. правительственные факторы, по мнению Дж. Розенау, касаются тех аспектов правительственной структуры, которые определяют границы внешнеполитического выбора политических лидеров;
  4. «общественные переменные» — основные ценности общества, степень его национального единства, уровень экономического развития и т.д.;
  5. «системные переменные», т.е. факторы, определяемые воздействием внешней среды и международной системы на внешнеполитический выбор государственных лидеров (географические реальности, идеологические вызовы со стороны других государств, стабильность правительств в странах, с которыми данное государство взаимодействует в системе международных отношений, и т.д.).

Неудивительно, что при таком подходе к пониманию сути внешней политики и детерминирующих ее факторов, внимание модернистов было сосредоточено на субъективной стороне международных отношений, на изучении роли отдельных личностей и групп в принятии внешнеполитических решений.

Вопрос 2. Развитие теории международных отношений в 1970–1990-е годы XX века.

Концепция «конца истории» Ф. Фукуямы

Одна из первых попыток дать теоретическое обоснование связанных с окончанием «холодной войны» изменений была предпринята еще на рубеже 80–90-х годов XX в. американским ученым и дипломатом ФрэнсисомФукуямой. В нашумевшей работе «Конец истории» он выдвинул тезис о полном разрешении лежавшего в основе «холодной войны» конфликта двух идеологий — либеральной демократии и коммунизма. По мнению Фукуямы, с крушением мировой коммунистической системы открылись перспективы для торжества принципов либеральной демократии во всем мире.Следовательно, по мнению политолога, наступил «конец истории», т.е. состояние бесконфликтности. Точка зрения Ф. Фукуямы подверглась критике как идеалистическая и упрощенная. Действительно, прошедшие после окончания «холодной войны» годы не дают основания для того чрезмерного оптимизма, которым наполнена работа американского ученого, оптимизма, навеянного эйфорией конца 1980-х годов.Позже и сам Ф. Фукуяма отказался от подобного оптимизма относительно перспектив мирового общественного развития. Но у него были и остаются сторонники, которые полагают: если «конец истории» и не состоялся, то он возможен в будущем, пусть и отдаленном. По сути, именно в таком плане толкуют перспективы развития человечества неолиберальные концепции глобализации.В начале XXI в. в зарубежной политологической литературе стали часто использовать понятие «возобновление истории», подразумевая существенно возросшуюконфликтогенность мировой политики по сравнению с концом 80-х годов XX столетия. Сторонники идеи «возобновления истории» ссылаются на концепцию известного американского политолога С. Хантингтона о «столкновении цивилизаций».

Концепция «столкновения цивилизаций» С. Хантингтона

Концепция С. Хантингтона вызвала среди политиков и ученых многолетнюю дискуссию, отголоски которой дают о себе знать вплоть до сегодняшнего дня. Начало этой дискуссии положила статья Самюэля Хантингтона«Столкновение цивилизаций?», опубликованная в 1993 г.в американском внешнеполитическом журнале «Форинафферс». Концепция С. Хантингтона в общих чертах сводится к следующим положениям. На различных этапах истории международных отношений динамику мировой политики определяли конфликты различного типа.Сначала это были конфликты между монархами. После Великой французской революции наступила эпоха конфликтов между нациями-государствами. С победой в 1917 г. русской революции мир оказался расколотым по идеологическому и социально-политическому принципу. Этот раскол и был главным источником конфликтности вплоть до окончания «холодной войны». Однако, по мнению С. Хантингтона, все эти типы конфликтов были конфликтами внутри западной цивилизации. «С окончанием “холодной войны”, — указывает политолог, — подходит к концу и западная фаза развития международной политики.В центр выдвигается взаимодействие между Западом и незападными цивилизациями». С. Хантингтон определяет цивилизации как социокультурные общности самого высшего ранга и как самый широкий уровень культурной идентичности людей. Для каждой цивилизации характерно наличие некоторых объективных признаков: общности истории, религии, языка, обычаев, особенностей функционирования социальных институтов, а также субъективной самоидентификации человека. Опираясь на работы А. Тойнби и других исследователей, С. Хантингтон выделяет восемь цивилизаций: западно-христианскую и православно-христианскую, исламскую, конфуцианскую, латиноамериканскую, индуистскую, японскую и африканскую. С его точки зрения, цивилизационный фактор в международных отношениях будет постоянно усиливаться. Этот вывод обосновывается таким образом:

  • Во-первых, различия между цивилизациями, основу которых составляют религии, наиболее существенны, эти различия складывались столетиями, и они сильнее, нежели, между политическими идеологиями и политическими режимами.
  • Во-вторых, усиливается взаимодействие между народами разной цивилизационной принадлежности, что ведет как к росту цивилизационного самосознания, так и к пониманию различия между цивилизациями и общностью в рамках своей цивилизации.
  • В-третьих, возрастает роль религии, причем последняя проявляется нередко в форме фундаменталистских движений.
  • В-четвертых, ослабевает влияние Запада в незападных странах, что находит выражение в процессах девестернизации местных элит и усиленном поиске собственных цивилизационных корней.
  • В-пятых, культурные различия менее подвержены изменениям, чем экономические и политические, и, следовательно, менее способствуют компромиссным решениям.

«В бывшем Советском Союзе, — пишет С. Хантингтон, — коммунисты могут стать демократами, богатые превратиться в бедных, а бедняки — в богачей, но русские при всем желании не могут стать эстонцами, а азербайджанцы — армянами». В-шестых, политолог отмечает усиление экономического регионализма, неразрывно связанного с цивилизационным фактором — культурно-религиозная схожесть лежит в основе многих экономических организаций и интеграционных группировок. Воздействие цивилизационного фактора на мировую политику после окончания «холодной войны» С. Хантингтон видит в появлении «синдрома братских стран». Этот синдром заключается в ориентации государств во взаимоотношениях между собой уже не на общность идеологии и политической системы, а на цивилизационную близость. Кроме этого, в качестве примера реальности цивилизационных различий он указывает на то, что основные конфликты последних лет происходят на линиях разлома между цивилизациями — там, где проходит граница соприкосновения цивилизационных полей (Балканы, Кавказ, Ближний Восток и т.д.). Прогнозируя будущее, С. Хантингтон приходит к выводу о неизбежности конфликта междузападной и незападными цивилизациями, причем главную опасность для Запада может представлять конфуцианско-исламский блок — гипотетическая коалиция Китая с Ираном и рядом арабских и иных исламских государств. Для подтверждения своих предположений американский политолог приводит ряд фактов из политической жизни начала 1990-х годов.

С. Хантингтон предлагает меры, которые, по его мнению, должны укрепить запад перед нависшей над ним новой опасностью. Среди прочего, американский политолог призывает обратить внимание на так называемые «расколотые страны», где правительства имеют прозападную ориентацию, но традиции, культура и история этих стран ничего общего с Западом не имеют. К таким странам Хантингтон относит Турцию, Мексику и Россию. От внешнеполитической ориентации последней в значительной степени будет зависеть характер международных отношений обозримого будущего. Поэтому С. Хантингтон особо подчеркивает, что интересы Запада требуют расширения и поддержания сотрудничества с Россией. Свои идеи С. Хантингтон отстаивал и развивал в 90-е годы XX столетия. В 1996 г. он опубликовал книгу «Столкновение цивилизаций и преобразование мирового порядка». В этой работе американский политолог особое внимание уделяет взаимоотношению западно-христианской и исламской цивилизаций. По его мнению, истоки конфликта между ними имеют многовековую историю. Обострение в конце XX в. давнего конфликта между христианской и мусульманской цивилизациями, по мнению Хантингтона, обусловлено пятью факторами:

  1. рост мусульманского народонаселения привел к всплеску безработицы и недовольству молодежи, примыкающей к исламским движениям и мигрирующей на Запад;
  2. возрождение ислама дало мусульманам возможность вновь поверить в особый характер и особую миссию своей цивилизации и своих ценностей;
  3. острое недовольство среди мусульман вызвали усилия Запада по обеспечению универсализации своих ценностей и институтов, по сохранению своего военного и экономического превосходства наряду с попытками вмешательства в конфликты в мусульманском мире;
  4. крушение коммунизма привело к исчезновению общего врага, имевшегося у Запада и у ислама, в результате чего главную угрозу они стали видеть друг в друге;
  5. все более тесные контакты между мусульманами и представителями Запада заставляют и тех, и других переосмысливать свою самобытность и характер своего отличия от других, обостряют вопрос об ограничении прав представителей меньшинств в тех странах, большинство жителей которых относится к другой цивилизации.

Всплеск активности исламского терроризма в начале XXI в. вновь вызвал интерес к концепции «столкновения цивилизаций».

Геополитические концепции З. Бжезинского

Отношения с Россией находятся в центре внимания другого известного американского политолога — Збигнева Бжезинского. В книге «Без контроля. Глобальный беспорядок на пороге XXI века», опубликованной в 1993 г., он также дает прогноз развития международных отношений после окончания «холодной войны». Однако, в отличие от цивилизационного подхода С. Хантингтона, подход З. Бжезинского основан на традиционных геополитических принципах. По мнению З. Бжезинского, распад Советского Союза привел к геополитическому вакууму в сердцевине Евразии, что является главной причиной конфликтности по периметру всего постсоветского геополитического пространства. Вместе с активизацией ислама и объективной неспособностью США обеспечить контроль над ситуацией в регионе Среднего Востока это ведет к появлению огромной зоны нестабильности, которая может охватить часть Юго-Восточной Европы, Средний Восток и район Персидского залива, а также южную часть бывшего Советского Союза. Внутри этой, по словам Бжезинского, «воронки водоворота насилия» имеется множество узлов потенциальных конфликтов, несущих угрозу всему миру. Степень угрозы возрастает, поскольку существует возможность вовлечения в конфликт других стран, и особенно Китая.З.Бжезинский ставит под сомнение соблюдение этой страной режима нераспространения ядерного оружия.Главную же угрозу американский политолог, известный в прошлом своими антисоветскими взглядами, видит в возобновлении имперской политики России. Не веря в необратимость демократических преобразований в нашей стране, он считает неизбежным возврат к попыткам «возрождения империи». Такая ориентация российской внешней политики, по мнению Бжезинского, опасна для Соединенных Штатов, ей необходимо всячески противодействовать. Поэтому в ряде своих статей и выступлений он развивает идею об Украине как геополитическом противовесе России, основанную на убеждении, что главное условие возрождения «российской империи» заключается в поглощении Россией Украины.

Помимо теоретических выкладок, З.Бжезинский предпринимал практические попытки вбить клин в российско-украинские отношения, поддерживая там националистические силы. «Американский след» был виден в событиях 2004–2005 гг. на Украине, получивших название «оранжевой революции». По мнению Бжезинского, кроме Украины, ключевые позиции в предотвращении угрозы реставрации Российской империи на постсоветском геополитическом пространстве занимают Азербайджан и Узбекистан. Для обеспечения безопасности будущих нефтяных потоков он высказывался за активное участие США в урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе. Подобное участие можно было бы приветствовать, но прежде всего Бжезинский стремится не к установлению мира и стабильности в этом регионе, а рассматривает возможность вытеснения оттуда России. В конце 1990-х годов Бжезинский неоднократно говорил и писал о том, что Северный Кавказ должен существовать вне России. Пожалуй, никто кроме него из видных американских политиков и политологов не ставил под сомнение территориальную целостность Российской Федерации. Взгляды Бжезинского, который в годы «холодной войны» был ведущим американским советологом, специалистом по Советскому Союзу и коммунизму, свидетельствуют, что наследие этой войны до сих пор напоминает о себе. Среди части американской политической элиты и политологического сообщества США существует предвзятое отношение к России. С этим обстоятельством необходимо считаться, когда речь идет о дальнейшем развитии отношений Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки.

Лекция 4. Система международных отношений и ее исторрическая эволюция
верх

Вопрос 1. История развития международных отношений в эпоху Возрождения и Нового времени.

Западная Европа практически в течение 1ООО лет (примерно с 500-го по 1500 г.), несмотря на этнические и лингвистические различия населявших ее народов, развивалась на основе единых христианских принципов. Папа Римский во многом выступал в роли арбитра в территориальных и прочих спорах феодалов. Примерно с XV-XVI вв., с эпохи Ренессанса и Реформации, Европа становится доминирующим регионом в мире. В этот период истории географические открытия, а также общий уровень хозяйственного развития привели к захвату европейскими странами новых территорий. К середине XVII в. в раздробленной Европе усиливают свой контроль над отдельными территориями князья, которые добиваются независимости от Папы Римского и власти императора. В Европе ведутсямеждоусобные войны. Наиболее масштабной оказывается Тридцатилетняя война, в которой участвовала по разным причинам, в том числе религиозным, династическим, территориальным и др., значительная часть европейских государств. Подписание после ее окончания Вестфальского мира в1648 г. стало важнейшей в историческом развитии вехой, которая ознаменовала собой формирование новой политической системы. В основу была положенаидея национального государства (англ.: nation-state).

Эта, возникшая в Европе, модель политического устройства распространилась потом на другие континенты, став действительно мировой. За более чем 350-летнюю историю (что по сравнению с возрастом человечества является небольшим периодом) она получила дальнейшее развитие и сохранилась до наших дней. Вестфальский мир включил в себя два мирных договора, о которых в течение нескольких лет велись переговоры в двух городах — Мюнстере и Оснабрюке (Вестфалия). Они были подписаны в 1648 г., соответственно, между„Священной Римской империей германской нациии Францией в Мюнстере, а также между Священной Римской империей германской нации, с одной стороны, и Швецией, протестантскими германскими княжествами — с другой —вОснабрюке. Вестфальский мир закрепил за Францией, Швецией с их союзниками немалые территориальные приобретения и право вмешательства в дела империи. Голландия и Швейцарская конфедерация получилипризнание в качестве суверенных государств, а за германскимикнязьямибылипризнаныправа суверенных государей. Таким образом, Священная Римская империя германской нации превратилась в конгломерат почти 300 независимых государств. Вестфальский мир признавал также религиозные права и свободы за лютеранами и кальвинистами. Иногда к нему относят и мирный договор от 30 января 1648 г. между Голландией и Испанией, который завершил их Восьмидесятилетнюю войну (боевые действия между ними с 1625 г. принято рассматривать одновременно как части и Тридцатилетней, и Восьмидесятилетней войны). Признав в качестве ключевого принцип национального (государственного) суверенитета (англ.: statesovereignty), Вестфальский мир положил начало новой системе отношений, которая впоследствии получила название Вестфальской,

или государственно-центристской, модели (системы) мира.

Принцип национального суверенитета предполагал, что каждое государство обладает всей полнотой власти на своей территории, определяет внутреннюю и внешнюю политику. Но не только политикой ограничиваласьего власть. Фактически, как заметил английский исследователь П. Дж. Тейлор (P. J. Taylor), государство получило также власть в формировании экономической, социальной и культурной стратегии. Данное право власти уважалосьдругими государствами, которые не вмешивались во внутренние дела соседей. Важен и тот факт, что принцип национального суверенитета не предполагал наличия еще какой-либо высшей власти. Впоследствии стала выстраиваться система внутри- и межгосударственных отношений с присущими ей механизмами и аппаратом управления, политическими и правовыми нормами, а национальное государство превратилось в единицу построения политической системы мира, с четким разделенна внутреннюю и внешнюю политику. Внешняя политика, которая представляет собой действия государства и его институтов за пределами своей суверенной территории для реализации национальных интересов, на начальных стадиях развития государственно-центристской модели мира отличалась от того, что мынаблюдаем сегодня. Ее формированием и реализацией занималась лишь аристократия, нередко имевшая между собой родственные связи. Тем не менее, как и в наши дни, внешняя политика была направлена на регулирование межгосударственных отношений. Таким образом, созданная в XVII в. государственно-центристская политическая система мира, благодаря монополии на право применять силу на своей территории, положила конец междоусобице внутри государства, но в то же время привела к множеству межгосударственныхконфликтовв последующие периоды, втомчислекмировымвойнам XX столетия.

Вопрос 2. Модели международных взаимоотношений в рамках Вестфальской системы

Первоначально взаимодействие государств на международной арене отчасти упорядочивалось через их союзы, которые по ряду параметров согласовывали свои внешнеполитические действия. В начале XVIII в. при заключении Утрехтского мира (1713), который положил конец борьбе за испанское наследство, между Францией и Испанией, с одной стороны, и коалицией государств во главе с Великобританией — с другой, впервые появляется термин «баланс сил» (англ.: balanceofpower), получивший широкое распространение в политической лексике второй половины XX в. В конце XVIII — начале XIX в. возрастает роль Великобритании, которая в свое время первой включилась в промышленнуюреволюцию. Ее соперником выступила Франция. Одновременно Испания, Швеция, Нидерланды стали терять былую мощь. Зато усиливаются Пруссия и Россия,которые становятся важнейшими участниками международных отношений. Последовавшие за французской революцией наполеоновские войны закончились поражением Франции. В 1815 г Венский конгресс подвел им итог и восстановил нарушенный принцип национального суверенитета. В рамках Вестфальской модели мира складывается система международных отношений, получившая название «Европейский концерт», или Венская система международных отношений (англ.: ConcertofEurope)~ В дальнейшем в этих рамках пытаются сотрудничать в целях предотвращения новых войн на континенте ведущие европейские государства, хотя конфликты интересов между различными странами сохраняются. Венская система международных отношений основывалась на общем согласии наиболее могущественных европейских монархий (великих держав, включая Россию) относительнотерриториального и политического статус-кво в Европе; возможности коллективного вмешательства в дела тех государств, которым угрожают революции; требовании дипломатических консультаций по территориальным и прочим проблемам. В целом, как отмечает американский исследователь и политический деятель Г. Киссинджер, в Европе XIX в. именно традиционные национальные интересы и меняющееся соотношение сил определяли дипломатическую игру, образование и развал союзов, изменение сфер влияния. КонецXIXв. характеризуется интенсивнымзахватомколонийвеликими деревами. Мир фактически оказался поделенным между ведущимиевропейскими странами. Европейская политическая система распространяется по всему земному шару. В этом смысле государственно-центристская система стала первой и пока единственной мировой политической системой.

В начале XX столетия на мировую арену выходят новые государства. Это прежде всего США (они становятся мировым экономическим лидером), а также Япония, Германия, Италия. С этого момента Европа перестает быть единственным континентом, где формируются новые мировые государства-лидеры. XX столетие ознаменовалосьдвумямировымивойнами. Первая (1914— 1918) закончилась поражением Германии и ее союзников. В июне 1919 г. в Версале был подписан мирный договор, зафиксировавший новые территориальные границы Германии. Отдельно заключены мирные договоры и с ее союзниками. Составной частью Версальского мирного договора был Устав Лиги Наций — межправительственной организации, который определил в качестве основных целей развитие сотрудничества между народами, гарантии их мира и безопасности. Первоначально его подписали 44 государства. США не ратифицировали этот договор и не вошли в число членов Лиги Наций. Тогда не вошли в нее СССР, а также Германия. Одной из ключевых в создании Лиги Наций была идея коллективной безопасности. Предполагалось, что государства имеют законное право противостоять агрессору. На практике, как известно, это не удалось сделать, и мир был ввергнут в новую мировую войну. Лига Наций фактически прекратила существование в 1939 г. (с началом Второй мировой войны), хотя формально была распущена в 1946 г. Однако многие элементы структуры и процедуры, а также основные цели Лиги Наций унаследованы Организацией Объединенных Наций (ООН). В результате Первой мировой войны Германия потеряла примерно 13,5% своей территории и 10% населения, а также колонии. При этом именно она и ее союзники признаны ответственными за все потери и разрушения, вызванные войной. Завершение формирования системы международных отношений после окончания Первой мировой войны происходит на Гаагской мирной конференции 1921 -1922 гг., созванной по инициативе США. Она зафиксировала новую расстановку сил в Тихоокеанском регионе. Сама жесистема международных отношений, образованная между двумя мировыми войнами, получила название Версальско-Вашингтонской, илимежвоенной. Как и «Европейский концерт», она находилась в рамках Вестфальской модели (политической системы) мира. Тем не менее в XX столетии, по сути впервые, была создана именно система международныхотношений, вышедшая за пределы одного континента н охватившая мирв целом. Версальско-Вашингтонская система международных отношений,сформированная в значительной степени под влиянием политических ивоенно-стратегических соображений стран-победительниц, игнорировала интересы побежденных, а также вновь образованных стран (в Европевозникло девять новых государств). В результате она оказалась противоречивой и нестабильной. Как следствие, не удалось избежать развязывания Второй мировой войны (1939-1945). Окончание Второй мировой войны дало начало новой системе международных отношений — Ялтинско-Потсдамской (послевоенной), которая, как и предыдущие, явилась частью Вестфальской модели мира. Ееоснову заложили договоренности держав-победительниц во Второй мировойвойне, оформленные на Ялтинской (4—11 февраля 1945 г.) и Потсдамской (17 июля — 2 августа 1945 г.) конференциях.

Международные отношения после Второй мировой войны развивались сложно и противоречиво. Положительным моментом было создание ООН. Основы её деятельности и структура разрабатывались в годы Второй мировой войны ведущими участниками антигитлеровской коалиции. Название «Объединённые Нации» было впервые использовано в Декларации Объединённых Наций, подписанной 1 января 1942 года. Устав ООН был утверждён на Сан-Францисской конференции, проходившей с апреля по июнь 1945 года, и подписан 26 июня 1945 года представителями 50 государств. 15 октября 1945 года Польша также подписала Устав, вступив, таким образом, в число первоначальных членов Организации. Дата вступления Устава в силу (24 октября 1945 г.) отмечается как День Организации Объединённых Наций. Фактически создание ООН стало второй попыткой реализовать идею коллективной безопасности. Наряду с сотрудничеством послевоенный период ознаменовался новым типом конфронтации. Мир оказался фактически расколотымна два блока, образованных на основе военно-политического превосходства двух сверхдержав—СССР и США надостальнымистранами, что определялось, прежде всего, наличием ядерного оружия, гарантировавшего многократное взаимное уничтожение. Система международных отношений, связанная с противостоянием двух блоков, получила название «биполярной»Гонка вооружений, ее ограничение, проблемы военной безопасности были центральными вопросами международных отношений. В целом же жесткое соперничество двух блоков, которое не раз грозило вылиться в новую мировую войну, получило название холодной войны (англ.: coldwar). Опаснейшим моментом в истории послевоенного периода был Карибский (Кубинский) кризис 1962 г., когда США и СССР всерьез обсуждали возможность нанесения ядерного удара. Оба противостоящих блока имели военные союзы — Организацию Североатлантинеского договора, НАТО {англ.: NorthAtlanticTreatyOrganisation; NATO), образованную в 1949г., и Организацию Варшавского договора (ОВД) — в 1955 г. Понятие «баланс сил» стало одним из ключевых элементов Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений. Мир оказался «поделенным» на зоны влияния между двумя блоками. За них и велась ожесточенная борьба.

Значимым этапом в развитии политической системы мира стало крушение колониализма. В 1960-е годы от колониальной зависимости освободился почти весь Африканский континент., Вестфальская модель достигла своего расцвета: на основе ее принципов и норм (по крайней мере, с формальной точки зрения) строятся вновь образованные государства. Развивающиеся страны впервые начали оказывать влияние на политическое развитие мира. Они вступали в ООН, а в 1955 г.образовали Движение неприсоединения (англ.: NonalignedMovement), которое по замыслу создателей должно было противостоять двум противоборствующим блокам. Одновременно эти страны пытались привлечь внимание ксвоемубедственному экономическому положению, выступая в ООН и связанных с ней организациях с общих позиции.Так, в 1-й сессии Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) 77 стран, или так называемая «Группа77», заявили о том, что они совместно, с помощью многосторонней дипломатии, будут добиваться решения наиболее важных международных экономических проблем. К 1990-м годам в эту группу входило уже 130 государств. Важнейшей вехой послевоенного периода явилось подписание в1975 г. Хельсинкского заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ, впоследствии ОБСЕ). Заговорили о разрядке международной напряженности. Конец 1980 — начало 1990-х годов ознаменовались распадом СССР и военно-стратегического блока ОВД; кардинальными переменами в странах Восточной Европы и государствах бывшего СССР. На этих территориях образовался целый ряд независимых государств. Россия стала правопреемницей СССР в Совете Безопасности ООН. Вместе с этими изменениями мир вступил в новую стадию развития, связанную с окончанием холодной войны. Вообще мир после окончания холодной войны оказался сложным и малопонятным, а система международных отношений, сформированная после окончания холодной войны, не получила общепринятого названия, хотя было предпринято немало попыток выделить ее основу. Например, указывалось на односторонность в действиях США, что особенно обнаружилось при вторжении в Ирак в 2003 г. Появился даже термин, характеризующий внешнюю политику Соединенных Штатов, — унилатерализм (англ.: unilateralism). Однако ни само явление, ни термин не охватывали всей сложности и основных сущностных параметров происходящих политических процессов.

Лекция 5. Субъекты международных отношений
верх

Вопрос 1. Государства как основные акторы международных отношений.

При образовании Вестфальской системы государство стало основным, т.е. системообразующим, и фактически единственным структурным элементом этой системы. Государства, разумеется, и ранее были в истории. Однако, начиная с Вестфальского мира, государство, или, точнее, национальное государство, приобретает качественно новые черты - национальный суверенитет и включение в систему взаимоотношений с другими такими же национальными государствами. На основе этого выстраивается социально-политическая практика: согласно международному праву, все государства обладают суверенитетом и равны между собой. Правда, политологи нередко шутят, перефразируя известное выражение Дж. Оруэлла: все государства, безусловно, равны, но некоторые из них «равнее». Большинство из тех государств, которые в настоящее время существуют в мире, образовано в XX столетии. Особенно интенсивно процесс возникновения новых государств шел в 1960-х годах, как следствие крушения колониальных империй. В конце XX в. новые государства стали образовываться в результате дезинтеграции бывших социалистических стран (СССР, бывшей Югославии, Чехословакии). В 1990-х годах появилось более 20 новых государств. Сейчас в мире существует немало национальных образований, которые лишь стремятся получить статус государств (англ.: wouldbenations), поэтому этот процесс, по-видимому, еще не закончен. Национальные государства крайне разнородны сегодня и различаются по многим параметрам, в том числе — по политическому влиянию, военной мощи, экономическому потенциалу, размерам территории, географическому положению, типу государственного устройства и т.п. В период холодной войны распространенным было выделение сверхдержав (СССР, США), крупных государств (Франция, Канада и др.), малых (например, Марокко, Лихтенштейн). После окончания холодной войны подобная классификация стала утрачивать смысл, а экономический фактор, напротив, оказался в значительной степени политикообразующим и поэтому одним из ведущих. Всемирный банк (англ.: WorldBank) выделяет три основные категории государств в зависимости от ВВП на душу населения в год:

  • с низким уровнем доходов (765 долл. США и ниже);
  • средним (от 766 до 9385 долл. США) — эта группа разбивается часто на две подгруппы;
  • высоким уровнем доходов (выше 9386 долл. США).

Примерно 40% государств с населением более 55% от всей численности людей на Земле попадают в первую категорию, в то время как государства с высоким уровнем доходов составляют примерно 15%. Большинство стран с высоким уровнем доходов являются членами международной Организации экономического сотрудничества и развития — ОЭСР (англ.: OrganisationforEconomicCooperationandDevelopment — OECD), так называемого «клуба богатых». Страны с высоким уровнем доходов во многом через экономические рычаги способны определять направления политического развития. Некоторые государства, независимо от того, когда они возникли, оказываются крайне слабыми. Для них характерен развал политических институтов, законодательной системы; межобщинные конфликты; проявление национализма. Примерами могут служить Сомали, Афганистан, Руанда и др. В литературе такие государства получили название несостоявшихся (англ. failedstates). Будучи слабыми, они создают и угрозу стабильности для других, являясь реальными или потенциальными очагами конфликтов, на их территории нередко базируются террористы, наркодельцы, распространяется незаконная торговля оружием и т.п. Еще одна группа стран, обычно выделяемая США, — так называемые «государства-изгои» (англ.: rouguestates). При всей дискуссионности самого термина и того, какие страны администрация США относит к данной группе, проблема заключается в том, что современный мир не исключает возможности существования диктаторских режимов в отдельных странах, которые могут, овладев оружием массового уничтожения, угрожать другим. Разумеется, имеются механизмы и процедуры, прежде всего в рамках ООН, позволяющие воздействовать на такие государства, тем не менее опасность неконтролируемых международным сообществом их действий остается. Изменения происходят и внутри развитых государств. Многие авторы обращают внимание на то, что современное государство не может в одиночку достаточно эффективно действовать в сфере охраны окружающей среды, обеспечения экономического роста и в других областях. Наряду с государством этими вопросами активно начинают заниматься межправительственные и неправительственные организации, различного рода движения и т.п. Они играют все более значимую роль и на мировой арене, воздействуя на международную среду, ограничивая и контролируя деятельность государств.

В связи с этим в начале 1990-х некоторые авторы стали говорить об утрате государством ряда своих полномочий, ограничении понятия суверенитета и даже об исчезновении государства кактакового в том виде, в котором мы привыкли его видеть. Эта точка зрения, например, была выражена JI. Д. Хоуэллом (L. D. Howell). Сегодня в мировую политику вовлечены не только государства, но также различного рода организации, движения, бизнес-структуры и т.д. Практически каждый человек сегодня так или иначе оказывается причастен к мировой политике, испытывает на себе ее воздействие. Такие транснациональные акторы (ТНА) выходят за пределы границ своих национальных государств. Именно значимость, активность, масштабность деятельности отличает ТНА от других участников мировой политики. Вместе с тем, существую и противоположная точка зрения относительно роли национальных государств. Согласно этим представлениям, государство продолжает сохраняться, поскольку существуют государственные границы; количество государств становится не меньше, а больше; расширяются их функции в экономической и социальной сферах; увеличиваются возможности воздействовать на своих граждан с помощью электронных средств; государства сами активно создают международные институты и режимы; наконец, нет такого актора, которому могут быть переданы властные полномочия государства. Иными словами, ничего существенного относительно изменений функций государства не происходит. Такая позиция отстаивалась представителями различных реалистских течений. Она также нашла отражение, например, в материалах МВФ, опубликованных в 1997 г. В дальнейшем крайние точки зрения смягчились. Наличие перемен в целом стало признаваться большинством, но одновременно и иллюзии относительно возможностей замены государства неким «надгосударственным» центром в виде международной организации или «глобального правительства» остались в прошлом. С этим согласны даже те исследователи, которые работают в рамках неолиберальной концепции и особо подчеркивают растущее многообразие участников взаимодействия на международной арене.

В то же время продолжаются дискуссии относительно того, что происходит с государством, по каким параметрам оно меняется и насколько это серьезно. Прежде всего и в практическом, и в теоретическом плане обсуждается проблема государственного суверенитета. В современном мире государства вынуждены все более считаться, с одной стороны, с международными организациями и институтами (в результате происходит ограничение суверенитета «сверху»), с другой — со своими же внутригосударственными регионами, мегаполисами, учитывать интересы транснациональных корпораций, неправительственных организаций и т.д. Американский исследователь С. Д. Краснер (St. D. Krasner) предложил говорить не просто об изменении суверенитета, а об изменении так называемого вестфальского суверенитета (или суверенитета в его классическом понимании), т.е. политической организации, которая основана на том, что внешние акторы вообще не могут воздействовать на внутреннюю политику. Размывание вестфальского суверенитета в современном мире означаетнеисчезновениеегокактакового, а фактический переход части функций, ранее принадлежавших исключительно государству, к другим акторам. В то же время государство приобрело ряд возможностей, которые не имело в прошлом. Например, используя современные технологии (пластиковые карты, сотовые телефоны и т.п.), государство способно довольно легко отслеживать передвижение граждан. Вслед за изменением содержания суверенитета оказываются размытыми нормы и принципы международного права — одного из компонентов, призванного стабилизировать мировое развитие. На практике эти нормы и принципы все с большей очевидностью вступают в противоречие друг с другом. Например, права наций на самоопределение, с одной стороны, и сохранение целостности государства — с другой; принцип невмешательства во внутренние дела и оказание гуманитарной помощи; соблюдение прав человека и силовое вмешательство в конфликте целью сохранения мира (Устав ООН, глава VII), а также проблема характера этого вмешательства (наличие санкций ООН, возможности использования ВВС, ВМС, таких действий, как «вытеснение» вооруженных группировок, «превентивная самооборона», обеспечение доставки гуманитарных грузов, «принуждение к миру» и т.п.).

Изменения в национальном суверенитете повлекли за собой сложности не только правого, но и психологического характера - возникла проблема национально-государственной идентичности. Ослабление национально-государственной идентичности нередко сопровождается формированием другой идентичности — часто религиозной или национальной. Как следствие, появляются ксенофобии, создаются националистические организации и движения, следующим шагом являются открытые формы конфликтов на этнической почве. Не случайно многие конфликты, возникшие в 1990-х годах, получили название конфликтов идентичности. В наиболее ярком видеконфликт идентичности, где основанием для идентификации является принадлежность к той или иной цивилизации, описан в гипотетическом сценарии С. Хантингтона (S.Huntington). Таким образом, в начале XXI в. государство остается основной формой политической организации общества, главным актором на мировой арене. Но одновременно оно изменяется и развивается, адаптируется к новым условиям и приспосабливает их к себе. Не исчезает, а лишь видоизменяется и наполнение понятия «национально-государственный суверенитет». Очевидно, что эти процессы идут сложно. В результате мир сталкивается, с одной стороны, с различными государственными, или квазигосударственными, образованиями, в силу тех или иных причин плохо включенными в международные отношения, с другой — государство как таковое испытывает на себе новые вызовы, обусловленные тем, что в современных условиях его функции меняются, и оно вынуждено взаимодействовать на международной арене с другими транснациональными акторами, в том числе негосударственными.

Вопрос 2. Межправительственные организации в политической системе мира

Национальное государство было, по сути, единственным актором международного общения на протяжении XVII—XVIII вв. Но уже в XIX столетии появляются первые межправительственные организации — МПО (англ.: intergovernmentalorganisations, IGO's), которые нередко еще называют надгосударственными образованиями. В 1900 г. было всего 30 межправительственных организаций. С 1945 по 1985 г. число МПО практически увеличилось втрое, достигнув 378. Окончание холодной войны сопровождалось и распадом ряда межправительственных организаций (в частности, ОВД, СоветаЭкономической Взаимопомощи и ряда других). К 1997 г. количествоМПО снизилось до 258, а в 2003 г. их было около 250. Межправительственные организации создаются государствами на основе международных договоров (именно поэтому межправительственные организации нередко рассматриваются в справочной литературе в разделах международного права) для реализации общих целей и действуют согласно уставным документам. Одновременна МПО являются источником развитая международного права через создание правовых норм и процедур взаимодействия на мировой арене. Межправительственные организации предполагают институциализацию (в том числе наличие штаб-квартиры, аппарата и тп.) и создание механизмов реализации своих целей. Членами межправительственных организаций являются государства, которые входят в них на добровольной основе.

Первоначально межправительственные организации возникли в Европе для осуществления сотрудничества в экономической сфере. После победы над Наполеоном создается Постоянная комиссия по судоходству на Рейне, затем возникают и другие, в том числе Международный Телеграфный Союз, Всемирный Почтовый Союз и т.п. Однако действительный расцвет международных организаций приходится на XX столетие, особенно на вторую его половину, когда количество межправительственных организаций, число членов в них, сферы и активность их деятельности резко возросли, охватив весь мир и весьспектр международной проблематики. Если брать историческую перспективу, то политический «вес» межправительственных организаций и образований также значительно возрастает в XX столетии. Сегодня межправительственные организации являются важнейшим актром современной мировой политики, во многом определяют основные тенденции политического развития мира. Стремительное развитие международных организаций во второй половине XX столетия обусловлено рядом причин. Среди основных можно назвать следующие:

  • Вторая мировая война привела к осознанию опасности конфликтов инеобходимости создания системы, способствующей их предотвращению. Один из путей — создание международной организации, которая занималась бы этими вопросами. Сохранение мира и предотвращение войн были главными целями при создании ООН.
  • Мировое разделение труда, усиление и развитие контактов требовали формирования на международном уровне организаций, которые обеспечивали бы сотрудничество и служили его проводниками. В этой связи появилось множество соответствующих МПО на глобальном и региональном уровнях.
  • Возникновение глобальных проблем (экологических, голода и т.п.), которыене могли и немогутбыть решены врамкаходной страны или группы стран, поставило вопрос о координации усилий.
  • Для ряда государств, особенно образованных вновь после крушения колониальной системы, совместная деятельность в международных организациях позволяла ставить и решать волнующие их вопросы, тем самым усиливаясвое влияние на развитие мировых политических процессов.

Существуют различные классификации межправительственных организаций. Обычно они различаются в зависимости от целей и членства. Выделяют универсальные МПО. Их членом в принципе может стать любое государство мира, цели ориентированы на широкий спектрмеждународной проблематики, включая политические, экономические, военные, социальные и другие вопросы. Примерами универсальных организаций служат Лига Наций и ООН.

Организация Объединенных Наций (ООН)

В структуре ООН шесть главных органов: Генеральная Ассамблея, Совет Безопасности, Экономический и Социальный Совет, Совет по опеке, Секретариат, Международный Суд. Штаб-квартира ООН находится в Нью-Йорке. Основным органом ООН является Генеральная Ассамблея, которая представляет собой собрание делегаций стран – членов ООН. Каждая делегация включает в себя не более 5 представителей и 5 заместителей из числа советников и экспертов. Ежегодные сессии Генеральной Ассамблеи ООН начинаются в третий вторник сентября. На первом заседании избирается председатель и 21 заместитель председателя (6 – от Африки, 5 – от Азии, 1 – от Восточной Европы, 3 – от Латинской Америки, 2 – от Западной Европы, 5 – от постоянных членов Совета безопасности). Председателем не может быть представитель страны – постоянного члена Совета безопасности. Открывает очередную сессию Генеральной Ассамблеи глава той делегации, от которой был избран председатель на предыдущей сессии. После утверждения повестки дня начинается общеполитическая дискуссия, которая длится две-три недели. Предварительно вопросы, выносимые на сессию, рассматриваются в Главных комитетах. Всего в ООН создано семь Главных комитетов. Специальный политический комитет рассматривает политические вопросы и вопросы международной безопасности; первый комитет – вопросы разоружения и связанные с ними вопросы международной безопасности; второй комитет занимается экономическими и финансовыми вопросами; третий – социальными и гуманитарными проблемами, четвертый – деколонизацией, пятый курирует административно-правовые вопросы и шестой – чисто правовые.

Кроме того, существуют комитеты и комиссии, постоянные конференции по более узким вопросам (например, по атомной радиации, использованию космического пространства и т. д.), специальные миссии по мирному урегулированию споров. На 1995 г. с учетом изменений, происшедших в мире за последнее время (распад СССР, Югославии, Чехословакии, образование новых государств), в мире насчитывалось 185 стран – членов ООН и 5 стран-наблюдателей (Ватикан, КНДР, Республика Корея, Монако, Швейцария). Эти государства и составляют компоненты международной системы. Они имеют право решающего голоса на Генеральной Ассамблее (кроме стран-наблюдателей, имеющих совещательный голос); они могут быть избраны в число десяти непостоянных членов Совета безопасности, они также имеют право ставить вопросы повестки дня. Совет безопасности осуществляет оперативные функции по поддержанию мира и стабильности. Это своеобразная исполнительная власть, мировое правительство с урезанными прерогативами. Оно не имеет экономических и ограничено в политических функциях. Кроме десяти непостоянных членов, избираемых на два года, в Совет безопасности входят на постоянной основе представители великих держав: США, России, Великобритании, Франции и Китая, официально имеющих ядерный статус. Решение Совета безопасности считается принятым при наличии минимум девяти голосов из пятнадцати, причем великие державы имеют право вето. Международный Суд избирается Генеральной Ассамблеей и Советом безопасности ООН в составе 15 членов на девятилетний срок. Международный Суд избирает председателя, вице-председателя и секретаря на каждый трехлетний срок. Международный Суд правомочен выносить обязательные для сторон решения, а также консультативные заключения по любым вопросам международного права. Сторонами по делам, разбираемым Международным Судом, могут быть только государства. Это еще раз подчеркивает роль государств как основных компонентов международной системы. Кроме основных органов ООН существуют так называемые специализированные учреждения – самостоятельные автономные межправительственные организации по экономическим, социальным и гуманитарным вопросам. Наиболее известные из них:

  • Международная организация труда (МОТ);
  • Организация Объединенных наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО);
  • Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ);
  • Международный союз электросвязи (МСЭ);
  • Межправительственная морская консультативная организация (ИМКО);
  • Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС);
  • Продовольственная и сельскохозяйственная организация (ФАО);
  • Международный банк реконструкции и развития (МБРР);
  • Международный валютный фонд (МВФ).

Под эгидой ООН существуют международные региональные организации, имеющие статус наблюдателя. К ним относятся:

  1. A. Экономические организации:
    • 1. Европейское экономическое сообщество (ЕЭС).
    • 2. Латиноамериканская экономическая система (ЛАЭС).
    • 3. Африканский банк развития (АБР).
  2. Б. Социально-культурные организации:
    • 1. Исламская конференция.
    • 2. Содружество наций.
    • 3. Афро-азиатский консультативно-правовой комитет.
  3. B. Политические организации:
    • 1. Лига арабских государств (ЛАГ).
    • 2. Организация американских государств (ОАГ).
    • 3. Совет Европы (СЕ).
    • 4. Организация африканского единства (ОАЕ).

Международные военные организации не получают статуса наблюдателя ООН. Считается, что их деятельность не соответствует уставу ООН. Другой тип международных организаций также предполагает множественность целей, но членство в них достаточно жестко ограничено тем или иным параметром, часто географическим положением. К ним относятся, например, Африканский союз (АС), Организация американских государств (ОАГ). Однако географический фактор не является основным параметром для формирования межправительственной организации с множественными целями, но ограниченным членством. Так, Содружество (англ: Commonwealth) объединяет большинство государств, ранее входивших в состав Британской империи, а Группа восьми (англ.: Group 8, G-8j)— наиболее экономически и политически влиятельные страны мира. Межправительственные организации, которые создаются для решения конкретных вопросов в той или иной области, т.е. имеют специальные цели, иногда называются функциональными межправительственными организациями. Многие из них созданы ООН и являются ее специализированными учреждениями. Например, Международная организация труда (МОТ), возникшая в 1919 г. еще при Лиге Наций; Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ); Международная организация гражданской авиации (ИКАО), Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) идр. Часть функциональныхорганизацийдействуют на основе межправительственных соглашений вне рамок ООН: Международная организация уголовной полиции (Интерпол) и др. Одни МПО имеют неограниченное членство, другие — ограниченное (в частности, региональная экономическая организация, объединяющая часть стран Латинской Америки, МЕРКОСУР). В целом же большинство МПО имеют специальные цели и ограниченное число участников. По оценкам Ч. Кегли и Ю. Уитткопфа, количествотаких организаций составляет 72% от всех МПО.

Лекция 6. Международная безопасность
верх

Вопрос 1. Международная безопасность и гонка вооружений

Проблема безопасности — классическая в Вестфальской политической системе мира. Государство с момента своего возникновения заботилось о сохранении суверенитета, т.е. о своей национальной безопасности (англ.:nationalsecurity), понимаемой изначально как недопущение внешней агрессии. В современных условиях это понятие включает и вопросы, связанные с опасностью внутренней дестабилизации. В связи с ростом взаимозависимости мира проблема получает дальнейшее развитие в рамках региональной безопасности (англ.:regionalsecurity) и международной безопасности (англ.:internationalsecurity). Все три термина характеризуют государственные и межгосударственные отношения. Они чаще используются в реалистической и неореалистической концепциях. При этом исходной точкой служило положение, согласно которому необходимая для реализации национальных интересов и влияния на международную ситуацию мощь государства определялась прежде всего на основе его военной силы, В результате проблема военной силы была центральной в международных отношениях и в практическом, и в исследовательском плане. В конце XX столетия ситуация изменилась. Одними из первых, кто обратил внимание на невоенные угрозы безопасности, были специалисты в области экономики и финансов, а также окружающей среды. Первые заговорили об экономической составляющей безопасности, вторые — о том, что нарушение экологического равновесия загрязнением представляет огромную угрозу человечеству как на национальном, так и глобальном уровне. Еще один важный в теоретическом плане вопрос — соотношение проблем региональной, международной и глобальной безопасности. Последний термин порой используется для того, чтобы подчеркнугь, что проблема безопасности имеет не только внутри- и межгосударственное измерение. В связи с этим вопросы международной и региональной безопасности, очевидно, тесно связаны с проблемами международных организаций. В современных условиях среди институтов, которые заняты обеспечением международной безопасности, следует прежде всего упомянуть ООН. Значительную роль в вопросах безопасности играют и региональные структуры, особенно в Европе, где они имеют достаточно четкое оформление. Этов первую очередь ОБСЕ, НАТО. Основные проблемы, которые в настоящеевремя интенсивно дискутируются, — реформирование ООН, с тем чтобысделать ее деятельность в области сохранения и поддержания мира более эффективной, атакже место ироль НАТО в европейских структурах обеспечения безопасности. С учетом того факта, что эта организация была образована в годы холодной войны с определенными целями и задачами.

Проблема гонки вооружения и разоружения крайне остро стояла в годы холодной войны. В этот период расходы государств на вооружения достигли рекордной отметки (пиком считается 1985 г.). Они и сегодня продолжают сохраняться на довольно высоком уровне, хотя после окончания холодной войны относительная доля в ВВП ведущих государств, затрачиваемая на вооружения, снизилась. По ряду оценок, доля бюджета, которая шла на военные нужды в годы холодной войны, составляла в США от 5 до 10%, а в СССР доходила до 20%. В 1999 г. военные расходы по всем странам мира в общей сложности были, по данным Ч. Кегли и Ю. Уитт-копфа, в пределах 745 млрд долл. США. Очевидно, что военная мощь государства определяется не только тем, сколько государство тратит на военные нужды, но и тем, какое именно оружие оно имеет. Характер и количество вооружений были определяющими факторами на мировой арене периода холодной войны. Стороны постоянно наращивали военную мощь, что вело к гонке вооружений (англ.: armsrace). С появлением ядерного оружия, ЯО (англ.:nuclearweapons) и применением его Соединенными Штатами Америки против Японии в августе 1945 г. наступает ядерная эра. Ядерное оружие становится одним из ведущих, если не ведущим, факторов в международных отношениях. Существует два типа ядерного оружия: атомное (англ:A-bomb), основанное на расщеплении атомных ядер, и термоядерное, или водородное (англ.:H-bomb), с термоядерным синтезом в основе. Первый тип более прост и менее дорог, но при этом обладает меньшей мощностью. Ядерное оружие является оружием массового уничтожения (ОМУ), предназначенным для масштабного поражения противника, и действует не избирательно — только на вооруженные силы, а охватывает и гражданское население. По сравнению с другими видами оружия оно обладает наибольшей разрушительной силой и длительными последствиями. Вследствие всех этих свойств ядерному оружию уделяется особо пристальное внимание.

«Официальными» членами «ядерного клуба», или государствами, обладающими ядерным оружием, ЯОГ (англ.:nuclearweaponstate, NWS), являются все пять постоянных членов Совета Безопасности ООН — Великобритания, Китай, Россия, США, Франция. Именно за этими государствами, которые до 1 января 1967 г. произвели и взорвали ядерноеоружие или другое ядерное устройство, согласно статье IX.3 Договора онераспространении ядерного оружия, подписанного в 1968 г., закрепленстатус ядерных государств. Наибольший ядерный потенциал — у Россиии США. Кроме названных, ядерным оружием обладает ряд других государств.В 1998 г. ядерные испытания были проведены Индией и Пакистаном. Считается,что, по всей вероятности, первая обладает несколькими десятками боеголовок, второй — более чем десятью. В 1980-е годы произвела ядерное устройство ЮАР, которая затем ликвидировала свою ядерную программу и уничтожила не только сами устройства, но и мощности по их созданию. По оценкам многих специалистов, обладает ядерным оружием и Израиль. Северная Корея согласилась в 1993 г. заморозить ядерную программу в обменна гуманитарную помощь, хотя абсолютно достоверных данных на этотсчет нет. Вызывали опасение разработки Ирака в ядерной области; впоследние годы ядерная программа Ирана находится под особым вниманием ООН. Некоторые страны, имея необходимые для приобретения ядерногооружия ресурсы, добровольно отказались от него (в частности, Япония, Германия). После распада СССР в 1991 г. ряд государств бывших советских республик стали обладателями ядерного оружия. Однако все онипозднее добровольно отказались от него. Осталось оно только у России как правопреемника СССР. Химическое и бактериологическое оружие, как и ядерное, будучи оружием массового уничтожения, также вызывает беспокойство в современном мире. Химическое оружие рассчитано на использование различногорода токсичных соединений в боевых действиях для поражения противника. Бинарное оружие предполагает применение малотоксичных реагентов, которые при взаимодействии друг с другом во время боевых действий образуют высокотоксичное отравляющее вешество.

Бактериологическое оружие основано на использовании бактерий, вирусов и продуктов их жизнедеятельности. По сравнению с ядерным технологии производства химического ибактериологического оружия относительно доступны и дешевы, в связи счем эти виды оружия получили название «оружия для бедные». В то жевремя оно обладает значительным поражающим эффектом. Особую тревогу относительно возможности его использования вызывают политическинестабильные, с авторитарными формами правления страны, а также террористические организации Бактериологическое оружие имеет ряд сходных характеристик с химическим по производству, использованию и контролю. Однако в отличие от химического этот вид оружия не был использован в массовом порядке, за исключением случая его применения Японией в нескольких китайских деревнях во время Второй мировой войны. В 1972 г. была подписанаКонвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их Уничтожении, КБО(англ.:BiologicalandToxinWeaponsConvention, BWQ, к которой присоединились на начало 2002 г. более 140 государств. Оружие массового поражения требует средств доставки (англ.:deliverysystem). Их наличие определяет военно-политическое положение государства не в меньшей степени, чем сам факг обладания ядерным оружием и технологиями его производства. Средства доставки подразделяются на два вида —стратегические и тактические. Стратегические средства доставки, имеющие целью поразить противника на его территории, предполагают преодоление довольно больших расстояний (например, между Россией и США). Основными срединих являются баллистические ракеты (англ.:ballisticmissiles). Они различаются по расстоянию, которое могуг преодолевать, точности попадания и тому, какой несут заряд. Баллистические ракеты могут быть стационарного базирования или находиться на мобильных платформах. В последнем случае они становятся менее уязвимыми для противника. Наибольший радиус действия у межконтинентальных баллистических ракет, МБР (англ.:intercontinentalballisticmissiles, ICBMs). Этим видом оружия обладаютвосновном Россия и США. Значительно меньшее посравнению с нимиколичество МБР имеют другие ядерные страны.

Ракеты средней дальности, РСД (англ.:medium-rangemissiles) находятся на вооружении Франции, Великобритании, Китая. Имеются они также у России иСША. Их радиус действия от 1000 до 5500 км. Размещение на Европейском континенте ракет среднего радиуса действия последними двумя странами ограничено договором, подписанным в 1987 г. Ракеты меньшей дальности,РАМД (англ.:short-rangeballisticmissiles) с радиусом действия от 500до 1000 км обладают, как правило, большей точностью попадания. Онимогут использоваться также для доставки обычных боеголовок, как это, вчастности, было во время войны в Персидском заливе. В качестве средств доставки могут использоваться икрылатые ракеты(англ.:cruisemissiles). Они представляют собой небольшие беспилотныеснаряды, оснащенные собственной двигательной установкой. Крылатыеракеты обладают высокоточной системой наведения для поражения цели и могут нести как ядерный заряд (такими крылатыми ракетами обладаютРоссия и США), так и обычный. Кроме ракет, стратегическими средствами доставки оружия, преждевсего ядерного, являются бомбардировщики и подводные лодки (тожеоснащенные ракетами и ядерными торпедами). Эти три вида составляюттак называемуюстратегическую триаду, поэтому на переговорах по разоружению и ограничению вооружений они обычно рассматриваются вкомплексе. Тактическое ядерное оружие предназначается для использования насамом театре ведения боевых действий. Оно доставляется с помощьюядерных боеголовок для тактических ракет, артиллерийских зарядов, боевых надводных кораблей, многоцелевыхподводныхлодок, авиации, ядерных мин.

При разработке ядерной стратегии первоначально американские эксперты исходили из того, что противник должен быть уничтожен. В связи сэтим среди военно-политических аналитиков появился термин «гарантированное взаимное уничтожение» (англ.:mutualassureddestruction, MAD).Он характеризовал гипотетическую ситуацию, которая может возникнуть как результат ядерного противостояния, и предполагал уничтожение противника в случае нанесения ядерного удара. Позднее, когда стала очевидной бессмысленность идеи «взаимного уничтожения», а это особенно ясно про-явилось во время Кубинского кризиса, американская военная стратегия стала ориентироваться на принципадекватного ответного удара. Смысл его состоит в том, что ответ должен соответствовать причиненному ущербу. В годы холодной войны появляется и логически связанная с разработанными ядерными стратегиями доктрина ядерного сдерживания (англ.: doctrineofnucleardeterrence). Исходила она из того, что сама возможность примененияядерногооружияудерживаетпротивникаот агрессии. Эта доктрина основана на посыле, что участники международных отношений стараются вести себя исключительно рационально, чтобы избежать разрушительныхпоследствий использования ядерного оружия. И согласно ей, государство должно быть уверено в том, что такая угроза — не просто слова; ядерное оружие действительно может быть применено в случае агрессии. Разработки были и в области ядерной обороны. Так, США занимались стратегическои оборонной инициативой, СОИ (англ.:StrategicDefenseInitiative, SDfy,wm так называемыми «звездными войнами». Она получила развитие в 1980-е годы, при президенте Р. Рейгане, а суть заключалась в попытках создания оборонного шита для США на случай ядерной угрозы. Однако в практическом плане идея так и не была реализована.

Вопрос 2. Система международной безопасности и ее развитие

Одной из наиболее важных в военно-политической области является проблема нераспространения оружия массового уничтожения, прежде всего ядерного, а также средств его доставки. Различают так называемое горизонтальное распространение оружия (англ.:horizontalproliferation), когда увеличивается количество стран, обладающих им, и вертикальное (англ.:verticalproliferation). Последнее подразумевает наращивание име-ющихся возможностей. Однако когда говорят о нераспространении ядерного оружия, в первую очередь имеют в виду именно горизонтальный вариант. Государства, обладающие ядерным оружием, также довольно чувствительны к вопросам его нераспространения. Они стараются ограничитькруг участников, имеющих ЯО и соответствующие технологии. Однако уэтой проблемы есть и другая сторона. Дело в том, что технологии, которые могут быть использованы при производстве ядерного оружия, теснопереплетаются с технологиями, используемыми в мирной атомной энергетике. Наличие средств доставки ядерного оружия контролировать сложнее, чем обладание самим ядерным оружием. В настоящее время ракеты средней и меньшей дальности разрабатываются Ираком, Ираном, Израилем, Саудовской Аравией, Индией, Пакистаном, Северной Кореей, атакже, возможно, Бразилией и Аргентиной.

Во время холодной войны страны накопили огромный арсенал оружия. Как следствие, вопросы разоружения и контроля над вооружениями (англ.:armscontrol) остаются и сегодня одними из ключевых в мировойполитике. Под контролем за вооружениями понимаются усилия двух илиболее стран по регулированию отношений в этой области. Значимым импульсом к проведению переговоров по разоружениюбыл Кубинский (Карибский) кризис 1962 г., когда угроза ракетно-ядерного конфликта стала явной. Вскоре после него, в августе 1963 г. в Москве представителями СССР, США и Великобритании был подписан Договоро запрещении испытании ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой (англ.:theLimitedTestBanTreaty). Он носил бессрочный характер и был открыт для подписания (к нему впоследствииприсоединилось более 100 государств). В 1968 г. подписанДоговор о нераспространении ядерного оружия, ДНЯ О (англ.:Non-, NPT). Данные договоренности получили продолжение 5 марта 1970 г. (присоединились 187 стран). Различают две категории стран-участниц Договора о нераспространении ядерного оружия — обладавшие этим видом оружия на 1 января 1967 г. (Великобритания, Китай, СССР, США, Франция) и те, кто не имел его. Неядерные страны обязывались не приобретать ядерное оружие и полностью следовать нормативным положениям Международного агентства по атомной энергии, МАГАТЭ (англ.:InternationalAtomicEnergyAgency, IAEA), которое занимается мониторингом развития и распространения ядерных технологий. Проблема в том, что ряд государств, которые обладают или являются потенциальными обладателями ядерного оружия, не подписали договор о нераспространении (например, Израиль). В 1993 г. МАГАТЭ покинула Северная Корея. Однако, как отмечалось, позднее она провела переговоры и обязалась заморозить свои ядерные программы в обмен на оказание экономической помощи. В сентябре 2002 г. Северная Корея вновь заявила о стремлении продолжать ядерную программу.

Вцелом же речь идет о режиме ядерного нераспространения. Подним, согласно российским исследователям во главе с В. А. Орловым и Н. Н. Соковым, понимается «совокупность международных договоренностей и организаций с участием как ядерных, так и неядерных государств, а также внутренних законодательств стран-участниц, целью которых является предотвращение приобретения ядерного статусатеми из них, которые не имели его к 1967 г.» Ряд важных договоренностей в области разоружения и контроля над вооружениями был достигнут в 1970-е годы. Среди них прежде всего следует назвать Договор об ограничении систем противоракетной обороны, Договор по ПРО(англ.:AntiballisticMissileTreaty, ABM), подписанный в 1972 г. Он ограничивает возможности каждой из сторон — США и СССР/России — использовать противоракетную оборону для отражения ядерного удара. В начале 2000-х годов в США стали строить планы относительно возможного выхода из Договора по ПРО (1972) и создания национальной ПРО — НПРО. Аргументация основываласьнатом,чтодоговор тридцатилетней давности не отвечает современным реалиям. В XXI в., согласно официальным американским заявлениям, угроза исходит не от России, а оттеррористическихорганизаций, что особенно четко показали события 11 сентября 2001 г. Кроме того, предполагалось, хотя и не афишировалось, что Н П РО станет стимулом к развитию новых технологий в США. Стремление в одностороннем порядке выйти из Договора по ПРО, осложнило российско-американские отношения. В 2001 г., во время ряда встреч президентов России и США, былидостигнуты договоренности о проведении консультаций в области национальной ПРО; тем не менее позиции оставались различными. И в конце 2001 г. США официально уведомили Россию о выходе из Договора 1972 г., а в июне 2002 г. вышли из него.

Другими важными документами периода холодной войны в области ограничения вооружений были Временное соглашение и договор об ограничении стратегических наступательных вооружений, ОСВ-1 и ОСВ-2(атл.: ]StrategicArmsLimitationTreaty, SALT), соответственно 1972 и 1979 гг., которые получили дальнейшее развитие в договорах 1990-х.Договор о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений, СНВ-1 (англ.:StrategicArmsReductionTreaty, START1) подписан в 1991 г. Согласно ему, и Россия, и США должны были сократить свои стратегические арсеналы примерно на 30%. В течение последующего года проводились дальнейшие переговоры, и 3 января 1993 г. в Москве был подписан договорСНВ-2 (англ.:StrategicArmsReductionTreaty, START2), ратифицированный Россией 8 лет спустя. Он предполагал сокращениеоставшихся вооружений еще на 50%, в соответствии с чем Россия можетиметь 3000 боеголовок, США — 3500. Однако он не был ратифицирован американской стороной. По сути, действующим договором так и осталсяСНВ-1. В совместной Декларации о новых стратегических отношенияхмежду Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америкиподписанной по итогам московской встречи двух президентов в мае2002 г., подтверждается, что Договор-1991 остается в силе.

Еще один Договор между СССР и США о ликвидации их ракет среднейдальности и меньшей дальности, или Договор РСМД (англ.:IntermediaNuclearForcesTreaty, INF), подписан в 1987 г. Он направлен на ограничение количества ракет средней и меньшей дальности, а также пусковыхустановок, которые каждая сторона может разместить в Европе. ЭтоДоговор, как и договоры по СНВ, предусматривает проведение инспекций. Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, ДВЗЯИ (англ.:ComprehensiveTestBanTreaty, CTB7) подписан в 1996 г. по результатам долгих переговоров и ориентирован на ограничение дальнейших разработок в области ядерных вооружений. Он был ратифицирован Государственной Думой в апреле 2000 г. Однако его реализация возможна лишь после ратификации теми государствами (а их 44), у которых, как предполагается, есть соответствующие технологии в области ядерных вооружений. В этом плане имеется ряд сложностей. В 1999 г. Сенат США, например, проголосовал против ратификации данного Договора. Не подписала его и провела ряд ядерных испытаний Индия. То же сделал и Пакистан.

В настоящее время остается актуальной проблема сокращения ядерного потенциала, и переговоры в этой области продолжаются. В 1997 г. России и США в рабочем порядке удалось достигнуть договоренностей по основным параметрам СНВ-3. Согласно им, ядерный потенциал обеих сторон ограничивается 2000 боеголовок. Тем не менее, у России и США он остается намногобольшим, чемудругихкрупнейшихядерныхдержав, в частности Франции, Великобритании, Китая, которые имеют по нескольку сотен ядерных боеголовок каждая. При этом если Франция и Китай направляют усилия на развитие собственных разработок средств доставки, то Великобритания предпочитает использование американских систем. Важный элемент в области контроля над ядерной угрозой представляет собой созданиебезъядерных зон, или зон, свободных от ядерного оружия, ЗСЯО (англ.:Nuclear-weapon-freezone, NWFZ). Впервые с инициативой создания в Европе таких зон, предусматривающих запрет на развертывание атомных военных соединений и каких-либо видов атомного и водородного оружия, выступил в 1956 г. СССР. Затем, в 1960-е годы, были заявлены идеи создания зон, свободных от ядерного оружия, на Балканах, в области Средиземного моря и Адриатики, на Дальнем, атак- же на Ближнем и Среднем Востоке, в некоторых других регионах мира. В результате длительных переговоров, дипломатических усилий и деятельности различных организаций достигнуты договоренности о четырех безъядерных зонах — в Латинской Америке (,Договор Тлателолко), Южной части Тихого океана (Договор Раротонга), Юго-Восточной Азии (Бангкокскийдоговор) и в Африке (Договор Пелиндаба). Называются и другие регионы, в которых возможно появление безъядерных зон, в частности Корейский полуостров, Центральная и Восточная Европа, Централь- Чая Азия. В 1996 г. по инициативе развивающихся стран 129 голосами При трех против (Великобритания, США, Франция) и 38 воздержавшихся (в том числе Россия) была принята Резолюция ГА ООН 51/45В о провозглашении южного полушария зоной, свободной от ядерного оружия.

Обычные вооружения также находятся в центре внимания политиков и общественности. Они широко используются в современных конфликтах. Например, именно их применял Ирак в Персидском заливе в начале 1990-х годов для оккупации Кувейта и ракетного обстрела Израиля. Обычные вооружения использовались в бывшей Югославии и других региональных конфликтах 1990-х — начала 2000-х годов. В 1990 г. был подписанДоговор об обычных вооруженных силах в Европе, ДОВСЕ{англ.:ConventionalArmedForcesinEuropeTreaty, CFE). Он предполагал сокращение обычных вооружений в Европе с учетом имеющихся арсеналов НАТО и Организации Варшавского Договора (ОВД). Переговоры продолжались 17 лет, прежде чем были достигнуты договоренности. Однако после подписания Договора ОВД распалась, но участники придерживаются его, хотя в связи с конфликтами в Европе были и нарушения, например в бывшей Югославии. В географическом отношении Договор распространяется на территорию от Атлантики до Урала, однако под его действие не попадают государства, которые образовались в Средней Азии после распада СССР. Серьезной политической проблемой, особенно из-за распространения внутренних конфликтов, является использование противопехотных мин, которые устанавливаются с целью контроля над территорией. Минные поля в Афганистане, Боснии, Анголе и других конфликтных точках привели к большому количеству жертв среди мирного населения, причем их число продолжает увеличиваться и после окончания конфликта. Так, согласно данным Дж. Гольдштейна (J.Goldstein), жертвами мин становятся ежегодно около 25 тыс. человек, треть которых составляют дети. В конце 1990-х годов ряд неправительственных организаций выступили за запрещение противопехотных мин, за что организатор этой кампании Дж. Уильяме (У.Williams) удостоена в 1997 г. Нобелевской премии мира. В том же году более ста государств подписали Договор о запрещении использования противопехотных мин. Россия также присоединилась к данному Договору.

На пути контроля над вооружением и разоружением возникает немало барьеров. Прежде всего нельзя не учитывать, что возможны нарушения договоренностей какой-либо страной. По этой причине большое внимание уделяется различным процедурам проверок с использованием, например, инспекций на местах (англ.:on-siteinspection, OSI). Часто договоры предусматривают такую возможность. Однако не все вопросы оказываются решаемыми: государства затягивают их проведение, возражают по персональному составу инспекции, как это было, в частности, с инспекциями ООН в Ираке в 1990-х годах. Кроме того, если страны, длякоторых они организуются, фактически отказываются от сотрудничества, то подобные инспекции малоэффективны. Другой способ проверок заключается в использовании национальных технических средств контроля (англ.:nationaltechnicalmeans, NTM) — спутников, сейсмических стан-ций и т.п. Но с их помощью далеко не все поддается проверке: например, сложно определить, сколько зарядов несет одна ракета. Серьезную проблему представляет постоянное совершенствование вооружений с внедрением новых научных и технологических разработок. Как следствие, переговоры и заключаемые по их результатам соглашения практически всегда запаздывают по отношению к реальному положению дел. Например, появление ракете разделяющимися боеголовками — РГЧ ИН (англ.:multipleindependentlytargetablereentryvehicles, MIRVs), резко увеличило возможность нанесения ударов по разным объектам при том же количестве ракет. Существует немало и внутриполитических барьеров на пути разоружения. Ряд аналитиков, в частности, исходят из того, что разоружение вовсе не ведет к уменьшению напряженности. С этих позиций они выступают в политических институтах своих государств, и это влияет на принятие политических решений. К ним присоединяются представители военно-промышленного комплекса, ЯДА" (англ.:military-industrialcomplex), экономически заинтересованные в увеличении военных заказов. И все же в целом, несмотря на сложности, процесс разоружения и контроля над вооружением имеет поступательную направленность.

Лекция 7. Основные особенности внешней политики США
верх

Вопрос 1. Теоретические обоснования американской внешней политики

С начала 90-х годов в США развернулись широкие дискуссии о новом миропорядке, о роли и месте в нем Соединенных Штатов, их национальных интересах, целях и методах внешней политики в изменившихся условиях. В этих дебатах, продолжающихся и по сей день, определилось несколько основных вариантов внешнеполитической стратегии, которые отличаются пониманием национальных интересов и способов их обеспечения.

  1. Неоизоляционизм.
  2. Сторонники неоизоляционизма исходят из узкой (минималистской) трактовки национальных интересов США как ограничиваемых защитой своих суверенитета, территориальной целостности и безопасности. Этим интересам США, по мнению неоизоляционистов, в современном мире ничто не угрожает, учитывая географическое положение страны, фактор ее ядерной мощи, а также отсутствие у нее реальных конкурентов военной сфере в настоящем и маловероятность их появления обозримом будущем. Известный теоретик неоизоляционизма Э. Нордингер считает, что США «стратегически неуязвимы», а потому могут ограничить свои внешнеполитические и военные обязательства необходимым минимумом. Правый республиканец П. Бьюкенэн призывает отказаться от втягивания Соединенных Штатов в войны в чужих землях. Конкретно речь идет о свертывании участия в военно-политических блоках, созданных для «сдерживания» более не существующего противника, резком сокращении объема помощи другим странам и всего внешнеполитического аппарата США, а также военных расходов (примерно наполовину, если брать за основу расходы начала 90-х годов). Исключения не делается и для главного военно-политического союза - НАТО. Еще один видный идеолог неоизоляционизма Т. Карпентер называет НАТО «анахронизмом холодной войны» и предлагает передать основную ответственность за безопасность Европы самим европейцам. Неоизоляционисты отвергают глобальную ответственность СИТА за поддержание существующего миропорядка, который, на их взгляд, в основном является саморегулируемым, основанным на взаимном уравновешивании великих держав.

  3. «Избирательное вовлечение»
  4. Эта концепция развивалась в русле школы «реализма» и очерчивает более широкий круг национальных интересов США. Так, авторитетная гарвардская Комиссия по национальным интересам Америки включает в их число защиту США от нападений с применением оружия массового уничтожения (ОМУ), предотвращение возникновения враждебных государств-гегемонов в Евразии, сохранение свободного доступа к источникам энергии, поддержание стабильности мировой торгово-экономической и финансовой системы, а также обеспечение безопасности союзников США. Особое значение придается поддержанию стратегического равновесия между ведущими странами Евразии с целью предотвращения конфликта между ними. Поэтому теория «избирательного вовлечения» предусматривает сохранение (хотя и на более экономной основе) военного присутствия США в стратегически важных для них регионах мира (Западная Европа, Восточная Азия, Персидский залив), активное противодействие распространению ОМУ, профилактику и урегулирование региональных конфликтов, в которые могут быть втянуты крупные страны, обеспечение особой роли США в международных финансовых и торговых организациях. Сторонники «избирательного вовлечения» признают важными национальными интересами распространение демократии и защиту прав человека, однако считают неоправданным прямое вмешательство США в этих целях. Считается, что при ориентации на «избирательное вовлечение» военный бюджет и состав военных сил должны обеспечить успешное ведение двух крупных региональных войн одновременно.

  5. «Согласованная безопасность»
  6. Эта концепция, питаемая либеральной школой внешнеполитической мысли США, сохраняет определенную преемственность с концепцией коллективной безопасности - приоритет отдается совместным многосторонним усилиям государств по предотвращению и отражению агрессии. Вместе с тем она идет дальше как в определении угроз безопасности, так и в выборе средств противодействия им. В дополнение к угрозам, традиционным для уровня межгосударственных отношений, сторонники «согласованной безопасности» выделяют как более характерные для современного мира угрозы, возникающие внутри государств, - геноцид, этнические чистки, другие формы массовых нарушений прав человека, экологические преступления, терроризм, в отношении которых прежняя система коллективной безопасности с ее приматом суверенитета, незыблемости границ и невмешательства во внутренние дела оказывается бессильной. Главными источниками этих угроз считаются отсутствие демократии, репрессивный характер режима страны-нарушителя. Эта исходная презумпция приверженцев «согласованной безопасности» позаимствована у неокантианской школы «демократического мира» (М. Доил, Д. Лэйк, Б. Рассет, К. Лэн и др.). По этой логике именно демократизация мирового сообщества, а не поддержание геополитического равновесия является главной гарантией обеспечения международной безопасности и жизненных интересов самих США. Связь национальных интересов США с состоянием демократии в мире становится, как считают сторонники данного подхода, особенно ощутимой в условиях глобализации. Поэтому сторонники «согласованной безопасности», не довольствуясь традиционными мирными методами принуждения, допускают и военные способы решения подобных проблем силами ООН или региональных организаций безопасности типа НАТО при ведущей роли США. В этих целях разрабатываются различные концепции «гуманитарного вмешательства», оправдываемого с помощью доктрины «ограниченного суверенитета» государств, отрицающих демократические права своих граждан. «Согласованная безопасность» подразумевает сохранение превосходства США и их нынешнего военного потенциала как главной составляющей коллективных международных сил, способных одновременно вести активные интервенционистские действия в различных регионах мира.

  7. Гегемония США.
  8. Концепция гегемонии США также опирается на школу «реализма», но ориентируется при этом на модель стабильности, основанной на гегемонии. Согласно этой концепции оптимальной основой безопасного мира является не многополярность, а однополярность, не баланс сил, а их явный дисбаланс в пользу государства-гегемона. «Преобладание Америки, - пишет известный публицист Ч. Крахаммер (он первым ввел в оборот понятие «однополярный мир» и стал писать о США как о единственной сверхдержаве), - основано на том, что она является единственной страной, имеющей необходимую военную, дипломатическую, политическую и военную мощь, чтобы быть решающим участником любого конфликта в любом регионе по своему выбору». Право и обязанность США - использовать всю свою мощь для того, чтобы «вести за собой однополярный мир, без стеснения устанавливая правила этого миропорядка и обеспечивая их соблюдение». Поддержание американского превосходства как основы глобального лидерства США, в свою очередь, требует сохранения их «силового отрыва» от ближайших конкурентов. А посему, как утверждалось, например, в пентагоновских «Ориентирах для оборонного планирования» (1992 г.), необходимо не только «предотвратить появление будущего глобального конкурента», но и «отвадить индустриально развитые страны от увеличения своей региональной и глобальной роли». «Гегемонисты» считают важнейшей задачей сохранение существующей системы военно-политических союзов с решающей ролью Америки в обеспечении их эффективности. При этом «гегемонисты», как и сторонники «согласованной безопасности» считают мир неделимым и подчеркивают, что даже периферийные угрозы и «вакуумы силы» за пределами проамериканских союзов могут создавать серьезную угрозу безопасности США. С учетом множественности реальных и потенциальных угроз американской безопасности (среди которых «гегемонисты» выделяют возможность антизападной трансформации России и Китая) основой стратегии США, по мнению тех, кто поддерживает эту концепцию, после окончания холодной войны должно стать «системное сдерживание» многочисленных источников нестабильности, возникающих в результате традиционного соперничества геополитических интересов. Таким образом, на США возлагается роль главного гаранта стабильности в мире. Это подразумевает способность США действовать в одностороннем порядке, а ООН и другим международным организациям, по существу, отводится второстепенная роль.

Контуры новой глобальной стратегии

Исходя из официальных внешнеполитических установок США, изложенных в выступлениях их лидеров, программных документах в сфере внешней и военной политики (прежде всего периодических докладах Белого дома о стратегии национальной безопасности), можно следующим образом представить национальные интересы США и пути их обеспечения. Основные цели «большой стратегии» США - укрепление безопасности и обеспечение экономического процветания страны, а также продвижение демократии в мире. Последнее считается соответствующим не только принципам, но и интересам США. Этим во многом обосновывается и необходимость руководства миром со стороны США - не только как единственной страны, обладающей необходимыми «волей и возможностями», но и как страны, идеалы и интересы которой в наибольшей степени соответствуют «универсальным ценностям демократии свободы». Доктрина национальной безопасности США различает три уровня национальных интересов страны.

  1. Жизненные национальные интересы (обеспечение выживания, безопасности и жизнедеятельности США; сюда входит безопасность территории США и их союзников, безопасность американских граждан, экономическое благосостояние страны и защита ее важнейших инфраструктур); для защиты этих интересов допускается использование военной силы, в том числе в одностороннем порядке.
  2. Важные национальные интересы (затрагивают экономическое благополучие США и требуют соразмерных американских акций, например по поддержанию мира в Боснии).
  3. Гуманитарные и другие интересы (противодействие экологическим и гуманитарным бедствиям, помощь в урегулировании межгосударственных и внутренних конфликтов и т.п.).

Угрозы безопасности США также разделяются на несколько видов:

  • угрозы регионального или государственного уровня (их основными источниками в данное время считаются Иран, Ирак и Северная Корея);
  • транснациональные угрозы (терроризм, международная преступность, торговля наркотиками, незаконная торговля оружием, угроза информационной инфраструктуре США);
  • распространение опасных технологий, прежде всего по производству ОМУ;
  • иностранный шпионаж;
  • угрозы, исходящие от «несостоятельных государств» (их неспособность обеспечить устойчивое правление может привести к внутренним конфликтам, гуманитарным кризисам и региональной нестабильности).

Отсутствие прямой военной угрозы существованию США по типу советской времен холодной войны рассматривается Пентагоном как временное явление, а наиболее вероятным сценарием ее возрождения там считают появление «веймарской России» или враждебного Китая как новой великой державы. Поэтому важнейшей задачей военно-политической стратегии США, как отмечал У. Перри (министр обороны США в 1994 - 1997 гг.), является «превентивная оборона», нацеленная, по сути, на контроль военного потенциала этих стран. В целом, как подчеркивается в «Стратегии национальной безопасности», «Соединенные Штаты не позволят какой-либо враждебной силе доминировать в любом регионе, критически важном для наших интересов». К таким регионам в добавление к традиционным для послевоенной стратегии США Западному полушарию, Западной Европе, Восточной Азии и Персидскому заливу все чаще причисляются Центральная и Восточная Европа, Балканы, а также бассейн Каспийского моря (включая Центральную Азию и Кавказ) с его огромными сырьевыми ресурсами. Согласно доктрине национальной безопасности США противодействие транснациональным угрозам предусматривает укрепление режимов нераспространения и контроля за ракетной технологией, односторонние и коллективные действия по борьбе с международным терроризмом и преступностью, защите окружающей среды и т.д. Характерно, что все больше внимания уделяется формированию безопасной для США внешней среды. Этим самым подчеркивается первостепенная роль США в создании новой системы международной безопасности.

Мир по-американски

За внешнеполитическими установками и действиями США последних лет просматривается общее представление о возникающем на рубеже веков миропорядке и роли в нем самих Соединенных Штатов, складывающееся под сильным воздействием концепции «однополярного мира» с оставшейся в нем «единственной сверхдержавой». Сердцевиной этого представления служит убеждение в том, что в современном мире Соединенным Штатам принадлежит уже не просто лидирующая, а центральная системообразующая роль (отсюда популярный ныне в Вашингтоне метафорический образ США как главной «оси» современного мирового «колеса»). Это прежде всего относится к поддержанию международной безопасности и урегулированию конфликтов, где США с их огромными стратегическими ресурсами стремятся играть роль «маховика стабильности», Во-вторых, США, как уже говорилось, взяли на себя роль главного архитектора и опекуна глобальной экономики. В-третьих, они считают себя гарантом мирных демократических перемен. Таким образом, США, по мнению руководителей страны, не только определяют нормы поведения в мире, но и несут главную ответственность за обеспечение их соблюдения, совмещая функции законодателя, арбитра и «шерифа» (выражение Р. Хааса). По этой логике США, как отмечает известный американист В.А. Кременюк, являются своего рода «глобальной метрополией» этого «американо-центристского мира». Не случайно в Вашингтоне вошли в моду аналогии с Римской империей. Соответственно, весь мир делится на союзников, друзей, партнеров и не вписывающихся в PaxAmericana «варваров» (применительно к современности это, с точки зрения Вашингтона преступные государства» - Ирак, Иран, Северная Корея, Ливия, Куба, хотя реальный список «врагов Америки» на этом не кончается). Поскольку считается, что своими режимами последние поставили себя вне закона «цивилизованного сообщества», то по отношению к ним оправданы самые жесткие меры воздействия. Американо-центристский мир, как считают в Вашингтоне, служит если не идеальным, то наилучшим из всех возможных вариантов мирового порядка, единственной альтернативой хаосу или соперничеству многополюсного мира. Не случайно лидеры США все чаще отождествляют глобализацию с американизацией, противопоставляя ей «силы дезинтеграции и сепаратизма», будь то сербский национализм или исламский фундаментализм.

Гегемонистский характер носят созданные уже в условиях постбиполярного мира «Доктрина Клинтона» и «Доктрина Буша». Основой «Доктрины Клинтона», выдержанной в русле «мягкой» гегемонии, являлся тезис о «расширении демократии» — речь в данном случае шла о закреплении демократических режимов в Восточной Европе с целью превращения бывших социалистических государств в «стратегический резерв» Запада. Действуя в соответствии с этой внешнеполитической установкой, США (в рамках операций НАТО) дважды осуществили вооруженное вмешательство в Югославии — в Боснии (1995) и в Косово (1999). «Расширение демократии» получило свое выражение и в том, что в состав Североатлантического альянса в 1999 г. впервые были включены бывшие члены Организации Варшавского договора — Польша, Венгрия и Чехия.

Доктрина Дж. Буша-младшего представляла собой ответ на террористическую атаку 11 сентября 2001 г. и стала самым серьезным пересмотром внешнеполитической линии США, начиная с 1940-х гг. Республиканская администрация Буша-младшего, пришедшая к власти в 2001 г., в отличие от своих предшественников-демократов взяла на вооружение вариант «жесткой» гегемонии. Основные положения «Доктрины Буша» были изложены в 2002 г. в «Докладе о положении нации», «Стратегии национальной безопасности», а также в речи американского президента в Генеральной Ассамблее ООН. По мнению американского лидера, внешняя политика США должна опираться на три столпа: 1) непревзойденную военную мощь, 2) концепцию превентивной войны и 3) унилатерализм. В качестве потенциального противника в «Доктрине Буша» фигурировали государства, поддерживающие терроризм или разрабатывающие оружие массового уничтожения, — выступая перед конгрессом в 2002 г. президент впервые употребил ставшее широко известным выражение «ось зла» применительно к Ирану, Ираку и Северной Корее. Белый дом категорически отказывался вести диалог с подобными режимами и заявлял о решимости всеми силами (вплоть до вооруженного вмешательства) способствовать их ликвидации. Откровенно гегемонистские устремления администрации Дж. Буша-младшего катализировали рост антиамериканских настроений по всему миру и вызвали недовольство самих американцев. Пришедшая к власти в 2009 г. демократическая администрация Б. Обамы предприняла попытку возвращения к политике «мягкой» гегемонии: новый президент приступил к выводу американских войск из Ирака, объявил о закрытии тюрьмы для лиц, подозреваемых в терроризме, на базе Гуантанамо, высказал намерение вернуться за стол переговоров по вопросам изменения климата, ратифицировать Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний и добиваться заключения Договора озапрещении производства расщепляющихся материалов. Политика Обамы на первый взгляд представляет собой отход от гегемонистского курса Буша-младшего, однако не следует забывать, что какая бы администрация ни пребывала у власти, ее целью будет оставаться глобальное лидерство США — разница в данном случае заключается лишь в используемых для достижения цели средствах. Несмотря на то что, как правило, внешняя политика демократов на доктринальном уровне мягче, чем политика республиканцев, для внешней политики США характерен континуитет (преемственность) и партийные разногласия в данном случае носят скорее тактический характер. Итак, контуры новой внешнеполитической стратегии США уже обозначились, но процесс ее формирования продолжается. И окончательный выбор будет определяться разнонаправленными силами как в самой Америке, так и в остальном мире.

Вопрос 2. Эволюция российско-американских отношений.

Развитие российско-американских отношений в 1990–2000-х гг.

На протяжении двух десятилетий после окончания холодной войны российско-американские отношения претерпевали подъемы и спады, отражавшие, прежде всего, перемены в восприятии двумя государствами друг друга. Период 1991–1993 гг. в отечественной литературе принято называть «медовым месяцем». Основной его характеристикой стали завышенные ожидания как с российской, так и с американской стороны. В начале 1990-х гг. президент Б. Ельцин и министр иностранных дел А. Козырев сформулировали политическую программу России, основополагающим принципом которой должно было стать стратегическое партнерство между Россией и США. Америка воспринималась в Москве как образец для подражания и как «естественный союзник», который, несомненно, окажет ей масштабную помощь в деле строительства демократии. В ходе первого визита Ельцина в Вашингтон (начало 1992) была подписана «Кемп-Дэвидская декларация о стратегическом партнерстве», где констатировалось, что два государства более не рассматривают друг друга в качестве потенциальных противников. Российский лидер пытался убедить американские деловые и политические круги в необходимости осуществить срочную поддержку молодой демократии. На протяжении 1992–1993 гг. в ходе двусторонних встреч и визитов был подписан еще ряд документов, важнейшим из которых стала Ванкуверская декларация (1993), провозгласившая Россию и США стратегическими партнерами. Улучшение наметилось и в торгово-экономических отношениях: в июне 1992 г. вступила в силу договоренность о предоставлении сторонами друг другу режима наибольшего благоприятствования. Поправка Джексона — Вэника продолжала действовать, но американская администрация смогла добиться согласия конгресса предоставить России искомый режим сроком на один год. С тех пор он предоставляется России ежегодно решением сената по упрощенной процедуре, но постоянный режим России так и не предоставлен. Начались первые инвестиционные вливания США в экономику России, носившие, впрочем, скорее точечный характер.

В январе 1993 г. в ходе визита Буша-старшего в Москву был подписан российско-американский Договор о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-2), предусматривавший сокращение к январю 2003 г. числа ядерных боеголовок у России и США до 3500 единиц. СНВ-2 был ратифицирован конгрессом США в январе 1996 г., однако процесс ратификации Россией затянулся и уже во второй половине 1990-х гг. несколько раз срывался: то из-за расширения НАТО на Восток, то из-за бомбардировок Ирака в 1998 г., то из-за войны НАТО в Косово. Российская сторона ратифицировала Договор в пакете с Протоколом 14 апреля 2000 г. с условием сохранения договора по ПРО. После выхода США из договора по ПРО в июне 2002 г., российская сторона заявила о прекращении обязательств по договору СНВ-2. Вторая половина 1990-х гг. в российско-американских отношениях стала временем крушения иллюзий и нарастания взаимных обид сторон вплоть до заявлений о «холодном мире». Основным содержанием данного периода было усиление разногласий двух стран по поводу расширения НАТО на Восток на фоне попыток России вести более независимую «многовекторную» внешнюю политику. Кульминацией этого этапа стали события 1999 г. в Косово, приведшие к замораживанию отношений России и НАТО.

На рубеже веков российско-американский диалог окончательно утратил стержневое положение в международных отношениях; вопросы ядерного разоружения и нераспространения, по сути, остались единственным направлением непосредственного двустороннего взаимодействия. В большинстве случаев соприкосновение и столкновение российских и американских интересов являются лишь частью глобальных или евроатлантических спорных ситуаций (Ирак, Иран, ДОВСЕ, НАТО). Разногласия у Москвы все чаще возникают не столько с Вашингтоном, сколько с Западом в целом, и в некоторых случаях противоречия России с Европой оказываются гораздо более интенсивными, чем противоречия с США. 2002 г. - выход США из Договора по ПРО. В качестве компенсации в ходе визита Буша-младшего в Москву (2002) был подписан Договор об ограничении стратегических наступательных потенциалов (СНП), в соответствии с которым стороны должны были сократить свои ядерные арсеналы до уровня 1700-2200 боезарядов. СНП был не слишком выгоден России из-за проблемы «возвратного потенциала»: речь в документе шла не об уничтожении боеголовок, а об их расстыковке со средствами доставки. В отличие от России, США имели техническую возможность складировать снятые с вооружений боезаряды и в случае необходимости использовать их вновь. Интересы Вашингтона и Москвы столкнулись и на постсоветском пространстве: еще в 1994 г. в США была сформулирована «доктрина геополитического плюрализма», предусматривавшая создание противовеса России из бывших советских республик. Стремление США утвердиться на просторах Евразии продиктовано как чисто геополитическими, так и энергетическими интересами: наибольшее значение для американцев имеют Украина, Прикаспий и Закавказье, которое является важнейшим маршрутом перекачки на Запад каспийской нефти.

В 2007–2008 гг. произошло очередное обострение отношений из-за намерения США разместить системы ПРО на территориях Польши и Чехии. В августе 2008 г. вновь имело место замораживание отношений России и Запада из-за российско-грузинской войны. Пришедшая к власти в 2009 г. демократическая администрация Б. Обамы приступила к «перезагрузке» российско-американских отношений. Успехи этой политики наиболее заметны в ядерной сфере: США и Россия возглавили Глобальную инициативу по борьбе с ядерным терроризмом (2010), значительно сблизили позиции по проблемам Ирана и КНДР и, наконец, весной 2010 г. подписали договор СНВ-3, вступивший в силу в начале 2011 г. (по его условиям сторонам позволялось держать лишь 1550 развернутых боезарядов). Впрочем, достижения «перезагрузки» нельзя назвать необратимыми: значительная часть политического истеблишмента США и многие российские и американские эксперты без большого энтузиазма оценивают перспективы российско-американского сближения.

Лекция 8. Европейские страны в системе современных международных отношений
верх

Вопрос 1. История развития европейской интеграции

В начале XXI в. основой системы взаимоотношений отношений в Европе является Европейский Союз (ЕС). Экономический и политический потенциал самого крупного в мире интеграционного образования позволят твердо заявлять о своих геополитических интересах. На данный момент ЕС объединяет 27 государств с населением 492,387 миллионов человек (2010), которое производит более 23 % объема мирового ВВП (1489 триллионов долларов по ППС на 2010) и занимает 1-е место в мире по этому показателю. ЕС стал одним из ведущих игроков мирового экономического и политического пространства. По численности населения ЕС превосходит США (313 миллионов), Россию (138 миллионов), Японию (126 миллионов), Бразилию (203 миллиона), хотя и уступает Китаю (1336 миллионов) и Индии (1189 миллионов). По территории 27 государств ЕС (12 440 кв. км) уступают только России (17 098 кв. км). Размеры территорий других крупнейших государств — Канады (9 984 кв. км), США (9 826 кв. км) и Китая (9 596 кв. км) меньше. Расширение позволило ЕС стать самой крупной интегрированной экономикой в мире, по объему ВВП превосходящей США (14 720 миллиардов долларов). На территории ЕС расположены крупнейшие финансовые центры мира. Согласно рейтингу FortuneGlobal 500 в 2010 г. здесь находилось 161 головное представительство ТНК из пятисот 500 крупнейших. Расширение ЕС в XXI в. не только позволило Европе встать в один ряд с ведущими экономиками мира, но и создало ряд проблем, прежде всего экономического характера. Увеличивающееся отставание ЕС в темпах роста ВВП, значительный дисбаланс в развитии национальных экономик, входящих в ЕС (доход на душу населения варьируется от 7 000 до 78 000 тысяч долларов). На 2010г. рост ВВП в ЕС составил 1,7 % (в 2009 –4 %); для сравнения, в Китае (10 %), Индии (8,3 %), Бразилии (7,5 %), России (3,8 %), даже в США (2,7 %).

Основоположники объединения Европы — Жан Монне, Роберт Шуман, де Гаспери, Конрад Аденауэр — исходили из примата экономической интеграции над политической, соответствия политических решений экономическим интересам, принципа постепенности и поэтапности, политики малых шагов. Создание трех европейских сообществ - Европейского объединения угля и стали (ЕОУС) в 1951 г., Европейского экономического Сообщества и Европейского сообщества по атомной энергии (Евроатом) в 1957 г. заложили основу интеграции. Франция, Германия, Нидерланды, Бельгия, Люксембург и Италия стали первыми государствами, осознавшими выгоды от нового вида сотрудничества. В 1960 г. Австрия, Исландия, Лихтенштейн, Норвегия, Финляндия, Швейцария и Швеция последовали по этому пути, создав Европейскую ассоциацию свободной торговли (ЕАСТ, EuropeanFreeTradeAssociatio, EFTA). Развитие событий показало, что это не самая эффективная форма взаимодействия в Европе. Сегодня только Исландия, Норвегия, Швейцария и Лихтенштейн остаются членами ЕАСТ. Первые впечатляющие экономические успехи подобных экономических сообществ в 1960-е — начале 1970-х гг. заставили многие страны, в первую очередь Великобританию с Ирландией и Данию, пересмотреть свои позиции (1973). Падение авторитарных режимов в Испании и Португалии в 1980-е гг. расширило список участников интеграции. Исчезновение блокового противостояния в Европе создало новые условия для расширения списка стран-участниц за счет нейтральных стран — Швеции, Финляндии и Австрии (1995) и восточно-европейских государств (2004, 2007). Последнее десятилетие XX в. и начало XXI в. стали решающими для формирования единой внутренней и внешней политики Европейского Союза. Вступление в силу Единого европейского акта (ЕЕА) в 1987 г. стало первой крупной реформой всей архитектуры европейской интеграции, в том числе и в политической сфере. Существенными факторами в экономическом развитии Западной Европы в конце рассматриваемого периода стали объединение Германии (октябрь 1990 г.) и "бархатные" революции в Восточной Европе в 1989—1990 гг., приведшие к развалу социализма в этом регионе.

Объединение Германии вызвало необходимость переориентации значительной части финансовых ресурсов Западной Германии в целях поддержки рыночной трансформации на территории бывшей ГДР. На эти цели в 1991 г. было направлено около 125 млрд марок, или 4,5% ВНП Западной Германии. Поток средств продолжался и в последующие годы, продолжается он и теперь, хотя и в значительно урезанных масштабах. В рассматриваемый период позитивно развивались интеграционные процессы, улучшались отношения со странами ЦВЕ. В 1991 г. по инициативе ЕС был создан Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) с уставным капиталом 10 млрд ЭКЮ. Главной его задачей стало финансовое содействие реформам в странах ЦВЕ, а также в СССР. Восточноевропейским государствам было оказано содействие в восстановлении, активизации участия или в приеме в такие международные финансовые организации, как МВФ, Международный банк реконструкции и развития (МБРР). Им начали выделять кредиты из Европейского инвестиционного банка. Парижский и Лондонский клубы — объединения западных официальных (государственных) и частных кредиторов, среди которых главную роль играют страны ЕС, — списали Польше и Болгарии половину их внешних долгов, доставшихся от прежних режимов. На страны ЦВЕ были распространены таможенные преференции по довольно большому кругу товаров, предоставлявшиеся ранее только развивающимся странам. В этот же период встал вопрос о создании Европейской валютной системы (ЕВС). В декабре 1991 г. главы государств ЕЭС договорились на встрече в Маастрихте (Нидерланды) о том, что ЕВС станет реальностью до конца XX столетия. А это значит, что на огромном пространстве, включающем 12 европейских стран, будет функционировать единая денежная единица, что снимет вопросы о дисперсии роста цен и денежной массы, унифицирует проблемы инфляции Перемены в Европе подтолкнули страны ЕС к более радикальным шагам в деле углубления интеграции. 9 -10 декабря 1991 г. на встрече лидеров стран ЕС в Маастрихте (Нидерланды) был одобрен проект договора о Европейском союзе, подписанного министрами иностранных дел и финансов 7 февраля 1992 г. и вступившего в силу 1 ноября 1993 г. Договор предусматривает существенное углубление интеграции на ряде направлений:

  1. Европейское экономическое сообщество, учрежденное Римским договором 1957г., преобразовано в Европейский союз. Заметно расширена сфера деятельности ЕС. Таможенный союз, общий рынок, общая сельскохозяйственная и внешнеторговая политика с 1999 г. были дополнены Европейским валютным союзом (ЕВС), согласованной политикой в сферах охраны окружающей среды, здравоохранения, образования и социальной сфере. В силу компромиссного характера Маастрихтского договора компетенция органов ЕС в перечисленных областях неодинакова и не всегда безусловна. Договором предусматривается введение института «гражданства ЕС», не отменяющего гражданства отдельных государств. Сформирован комитет по региональным вопросам. Расширены полномочия Европарламента.
  2. Новым направлением деятельности ЕС стало осуществление совместной внешней политики и политики безопасности (СВПБ), развивающей опыт «европейского политического сотрудничества» и предусматривающей согласование и осуществление странами ЕС совместных внешнеполитических действий на основе единогласно принятых решений.
  3. Новым направлением стало сотрудничество в сфере внутренней политики. Речь идет, в частности, о согласовании политики стран ЕС по предоставлению политического убежища, регулированию иммиграционных процессов, борьбе с незаконным оборотом наркотиков и преступностью, о более тесном сотрудничестве полицейских служб. Однако и в этой области для принятия согласованных мер требуется единогласие в Совете министров ЕС.

Договором была предусмотрена возможность пересмотра и дальнейшего развития его положений межправителъственной конференцией стран ЕС, к компетенции которой относилось рассмотрение вопросов дальнейшего развития сотрудничества в областях СВПБ, внутренней политики и юстиции. Конференция открылась 29 марта 1996 г. в Турине (Италия) заседанием Европейского совета на уровне глав государств и правительств и завершилась в Амстердаме 16-17 июня 1997г. принятием Амстердамского договора, подписанного министрами иностранных дел 2 октября 1997 г. Договор оформил продвижение вперед на ряде направлений, в том числе являвшихся предметом разногласий в процессе подготовки Маастрихтского договора. Договор, вступивший в силу 1 мая 1999 г., в частности, предусматривает:

  • расширение компетенции ЕС в сфере внутренней политики. Европол, созданный в Гааге в качестве центра по сбору, обработке и обмену информацией, наделяется оперативными функциями. Расширяется международное сотрудничество национальных полицейских и таможенных ведомств, органов правосудия. В течение пяти лет после вступления договора в силу должен быть снят контроль на границах между всеми странами ЕС (за исключением Великобритании и Ирландии) и установлены общие стандарты контроля за внешними границами. Расширяется компетенция ЕС в сфере политики по предоставлению политического убежища, иммиграции, в отношении беженцев;
  • регулирование правового положения граждан стран ЕС. Расширяются возможности ЕС принимать меры против проявлений дискриминации. Обязательным для всех стран союза становится принцип равноправия мужчины и женщины;
  • расширение функций союза в сфере социальной политики. В договоре впервые появилась глава о координации политики занятости. Великобритания впервые согласилась признать в полном объеме обязательства, вытекающие из согласованной социальной политики стран ЕС. Договором устанавливаются минимальные стандарты в области здравоохранения. Политика ЕС в любой области должна соответствовать экологическим критериям',
  • укрепление и совершенствование механизма СВПБ.Усовершенствована процедура принятия решений в рамках СВПБ. Хотя принципиальные решения по-прежнему требуют единогласия, так называемые исполнительные решения могут теперь приниматься большинством голосов. Учреждена должность генерального секретаря Европейского совета, ответственного за разработку и осуществление СВПБ;
  • новые функции по регулированию международных кризисовАмстердамским договором к компетенции ЕС отнесено осуществление гуманитарных акций, а также операций по поддержанию и укреплению мира. На саммите ЕС в Кёльне 3-4 июня 1999 г. было принято решение о разработке и реализации в рамках СВПБ совместной европейской политики в области безопасности и обороны. Кёльнское решение, предусматривающее предоставление полномочий для самостоятельного осуществления военных операций по обеспечению мира в условиях вооруженных кризисов при опоре на инфраструктуру НАТО, а также создания необходимых для этого органов ЕС, включая комитет по политике безопасности, военный комитет, штаб ЕС и др., по существу означает полную интеграцию ЗЕС в структуры Европейского союза,
  • реформу структур и институтов ЕС.Ее цель - укрепление позиций Европейского парламента и Европейской комиссии, совершенствование правил принятия решений, в том числе путем Расширения перечня вопросов, по которым решения принимаются большинством голосов.

Наиболее сложным и спорным был вопрос о вступлении в ЕС стран ЦВЕ. В течение ряда лет после краха коммунистических режимов в Европе ЕС не занимал ясной позиции по этому вопросу, хотя уже на раннем этапе им была разработана стратегия более тесного сотрудничества со странами ЦВЕ на основе соглашений об ассоциации, известных как «европейские соглашения». Первыми такие соглашения с ЕС 16 декабря 1991 г. подписали Венгрия, Польша и Чехословакия. Впоследствии они были подписаны со всеми 10 государствами ЦВЕ. Несмотря на существовавшие в союзе разногласия и наличие сторонников одновременного начала переговоров со всеми странами-кандидатами, ЕС в конечном счете проводит дифференцированную политику в отношении стран ЦВЕ. В пятерку первых кандидатов из числа стран ЦВЕ вошли Венгрия, Польша, Словения, Чехия и Эстония. Остальным пяти кандидатам на вступление в ЕС была предложена особая программа партнерства, учреждена специальная конференция с участием всех стран - кандидатов на вступление ЕС для обеспечения более тесной координации и гармонизации их политики с политикой союза. С вступлением в силу Маастрихтского договора на территории всех государств — членов ЕС был создан единый рынок. С 1994 г. вступило в силу соглашение о Европейском экономическом пространстве (ЕЭП) между членами ЕС и государствами — участниками Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ). С 1999 г. начал функционировать Валютный и Экономический союз (EconomicandMonetaryUnion, EMU), одной из наиболее явных черт которого является введение единой валюты — евро. Великобритания, Дания и Швеция воспользовались правом не входить в союз. Позже их население высказалось за сохранение национальной валюты. Из-за несоответствия экономическим критериям Греция не попала, она перешла на евро с 1 января 2001 г. Последними странами, присоединившимися к зоне, стали Словения (2007), Кипр (2008), Мальта (2008), Словакия (2009), Эстония (2011). Сегодня членами ЭВС являются 17 стран Евросоюза из 27.

Вопрос 2. Основные органы ЕС и направления деятельности

В число основных институтов Союза входят Европейский парламент; Совет Союза; Европейская комиссия; Европейский суд; Европейский совет.

  1. Европейский совет, созданный в 1974 г., принимает решения по ключевым вопросам жизни ЕС. Он созывается на уровне глав государств и правительств по меньшей мере дважды в год. Решения Совета не имеют обязательной силы, однако они дают политические импульсы развитию ЕС и определяют основные ориентиры, в соответствии с которыми действуют Комиссия и Совет министров. Именно на заседаниях Европейского совета были приняты такие стратегические политические решения, как создание ЕВС, завершение строительства ЕВР, учреждение ЕС, расширение ЕС и т. д.
  2. Совет Союза — орган принятия решений. Он собирается на уровне министров национальных правительств, в связи с чем иногда именуется Советом министров. Однако в отличие от национальных советов министров он выполняет законодательные функции; его решения, имеющие обязательную силу, образуют вместе с основополагающими договорами право ЕС (или коммунитарное право). Другое отличие состоит в том, что Совет Союза не имеет постоянного состава. Фактически существует множество советов, состав которых зависит от сферы деятельности, к которой относится рассматриваемый вопрос: Совет министров экономики, Совет министров сельского хозяйства, Совет министров иностранных дел и т. д. Но именно здесь представители стран—членов ЕС защищают свои национальные интересы.
  3. Уникальным институтом является Европейская комиссия, пли Комиссия европейских сообществ (КЕС), имеющая наднациональный характер. Именно на нее приходится львиная доля повседневной рутинной работы, которая выполняется многими тысячами функционеров во всех областях деятельности, переданных на уровень Сообщества. Главное в работе КЕС — подготовка решений и их исполнение, включая контроль над тем, как они исполняются национальными органами. Комиссия управляет финансами ЕС — бюджетом и структурными фондами. В круг ее деятельности входят вопросы экономики, в частности энергетики и транспорта, сельского хозяйства, занятости и социальной проблематики, научных исследований и здравоохранения, статистики, образования и культуры.
  4. Европейский парламент (ЕП) — представительный орган, избираемый с 1979 г. прямым всеобщим голосованием граждан всех государств-членов один раз в пять лет (до этого депутаты ЕП избирались национальными парламентами). Европарламент — главный демократический форум народов, объединившихся в ЕС. Со временем функции ЕП расширялись, ныне он осуществляет широкий контроль за деятельностью Комиссии, располагая, в частности, правом вынесения ей вотума недоверия, утверждает бюджет ЕС и отчет о его исполнении, участвует в процессах выработки и принятия новых законодательных актов, запрашивает и выслушивает Совет и Комиссию по различным вопросам их деятельности. Его одобрение обязательно при заключении договоров о вступлении новых членов в ЕС и соглашений ЕС с третьими странами.
  5. Уникальную роль играет Европейский суд. Он призван обеспечивать единообразное толкование законодательства ЕС и его примат над национальными законодательствами в пределах юрисдикции, установленной основополагающими договорами. В соответствии с этим он рассматривает и регулирует разногласия между государствами-членами, между ними и ЕС, между институтами ЕС, наконец, между ЕС и физическими либо юридическими лицами. Он также дает заключения по международным соглашениям и предварительным слушаниям дел, переданных ему национальными судами. Главным в работе Европейского суда является обеспечение применения прав.

Деятельность ЕС охватывает все государственные сферы: экономическая интеграция (уже проводима в Сообществах), общая внешняя политика и политика безопасности (ОВПБ), сотрудничество полицейских и судебных органов в уголовно-правовой сфере (СПСО) . Современная доктрина европейской безопасности смещает акценты военно-политической интеграции с проблем развития «классических» военных структур на разработку механизмов решения задач, связанных с активным (в том числе и военным) вмешательством в разрешение кризисных ситуаций как в Европе, так и в других регионах мира. Центральным направлением ЕПБО является миротворчество, поддержание мира и проведение операций по урегулирования кризисов. Основные задачи были сформулированы в Европейской стратегии безопасности (2003), плане действий «Глобальные цели 2010» (2004). Европейские органы военного планирования: Военный комитет и Военный штаб ЕС при решении военных задач используют механизм привлечения НАТО. ЕС в последнее десятилетие активно проводит собственную политику в области обороны, при этом многие угрозы находятся далеко за пределам европейского региона. Военные операции ЕС были проведены в Македонии (март-декабрь 2003) (CONCORDIA), Демократической Республике Конго (июнь-сентябрь 2003) (ARTEMIS), Боснии и Герцеговине (декабрь 2004) (ALTEA), Демократической Республике Конго (2006) (EUFOR RD CONGO); первая военно-морская операция ЕС против сомалийских пиратов прошла в 2010 (Atalanta).

ЕС проводит гражданские миссии: в содействии обеспечения правопорядка («полицейские миссии»), помощь в становлении и укреплении судебной системы («правовое государство»), развития управленческих структур («гражданская администрация»), защите гражданского населения («гражданская оборона»). Полицейские миссии проходили в Конго (EUPOL Kinshasa), Македонии (PROXIMA), на палестинских территориях (EUPOL COPPS), миссии «правовое государство» в Грузии (EUJUST Themis), Ираке (EUJUST LEX) и др. Программы сотрудничества. Еще одним важным аспектом политико-экономического воздействия ЕС на соседние страны и регионы, так называемой «мягкой силы», стала достаточно щедрая материальная поддержка ЕС государств, в чей стабильности Союз имел прямую заинтересованность, как и в дружеском их отношении. После крушения блоковой системы определилось несколько групп стран, в различной степени заинтересованных в развитии отношений с ЕС:

  • страны, заявившие о своем твердом стремлении в единую Европу (страны Балтии, Чехия, Польша и т. д.),
  • страны, тяготеющие к созданию новой системы взаимоотношений с ЕС (Россия, Молдова, Белоруссия, Грузия и т. д.),
  • страны, геополитически нуждающиеся в общении с ним (Югославия).

Первые шаги в этом направлении были сделаны еще в конце 1980-х гг. — появились программы сотрудничества в отношении стран Центральной и Восточной Европы, которые предлагали помощь в осуществлении перехода экономик стран на рыночные условия, адаптации национального законодательства к нормам ЕС, популяризации общеевропейских ценностей. С Россией ЕС активно развивает диалог, который продолжается более 20 лет. Наиболее позитивно он развивает в рамках встреч на высшем уровне, которые проходят дважды в год. Одной из проблем развития сотрудничества ЕС — Россия является отсутствие обновленной законодательной базы. Первое соглашение положившее начало сотрудничеству между ЕС и тогда еще Советским Союзом было заключено 1989 г. («О торговле и экономическом и коммерческом сотрудничестве»), в 1994 г. (на о. Корфу) между ЕС и уже Россией было подписано Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС), которое вступило в силу 1997 г. Срок действия договора истек 1 декабря 2007 г. Стержневой линией российской политики долгое время оставалось противопоставление укрепления ОБСЕ расширению западных структур, прежде всего НАТО. Тем не менее начиная с 1994г. в политике России прослеживается акцент на постепенную институционализацию отношений с ведущими европейскими организациями на основе налаживания механизмов прямого политического диалога с ними. 24 июня 1994 г. было подписано Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Российской Федерацией и Европейским союзом ,вступившее в силу 1 декабря 1997 г. Соглашением учрежден механизм политического диалога между Россией и ЕС, включая регулярные консультации по всему спектру политических, экономических и других проблем. Два раза в год должны проходить встречи президента России с руководством ЕС - председателем Европейского совета и председателем Европейской комиссии. Диалог на уровне министров осуществляется в рамках Совета сотрудничества, призванного наблюдать за осуществлением соглашения, обсуждать двусторонние и международные вопросы, давать соответствующие рекомендации. Он опирается в своей деятельности на Комитет сотрудничества в составе старших должностных лиц. Комитет парламентского сотрудничества в составе депутатов Федерального Собрания России и Европарламента может давать Совету свои рекомендации.

ЕС признал Россию страной с экономикой переходного периода, что позволяет применять режимные положения в торговле и экономическом сотрудничестве на уровне, близком к мировой практике. В 1998 г. ЕС принял решение о применении к России антидемпинговых процедур в том же порядке, как и к странам с рыночной экономикой. Режим торговли по основным элементам совпадает с правилами ГАТТ/ВТО. В ходе переговоров Россия добилась отмены количественных ограничений на импорт в страны ЕС российских товаров. Однако отдельными соглашениями регулируется торговля углем и товарами черной металлургии, текстилем, сельскохозяйственной продукцией, товарами ядерного топливного цикла, рынок коммерческих космических запусков. В 1998 г. завершился процесс урегулирования большинства из этих вопросов. Наиболее драматично складывались отношения России с НАТО.Принятие программы ПРМ поначалу было позитивно воспринято российским руководством. Однако в условиях публичной критики как идеи расширения НАТО, так и ПРМ приоритетное значение в России было отдано оформлению «особых» отношений с НАТО, включая проведение консультаций по широкому кругу проблем европейской безопасности. Лишь в декабре 1996 г. Россией и НАТО было согласовано начало с января 1997 г. консультаций о взаимных отношениях, перешедших в переговоры, которые завершились подписанием 27 мая 1997 г. в Париже Основополагающего акта о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Россией и НАТО. В этом документе зафиксированы принципы сотрудничества между ними, механизм регулярных консультаций и сотрудничества в рамках Совместного постоянного совета (СПС) Россия - НАТО, собирающегося дважды в год на уровне министров и ежемесячно - на уровне послов, сформулированы области консультаций и сотрудничества.

Несмотря на драматизм отношений России с НАТО и неизбежные политические издержки жесткой риторики с российской стороны, состояние отношений России с европейскими организациями во второй половине 90-х годов свидетельствует в целом о возможностях их дальнейшего выравнивания и позитивного развития в интересах как России, так и Европы в целом. В 1996 г. Россия стала полноправным членом Совета Европы. С 1994 г. начался постепенный, хотя и медленный процесс институционализации отношений сотрудничества России с ЗЕС. Главное же заключается в начале формирования механизмов прямого диалога и взаимодействия России с основными европейскими институтами в политической, экономической и военно-политической областях, хотя этот процесс и шел со сбоями и откатами. Наполнение взаимодействия с ЕС и НАТО реальным содержанием, а также развитие двусторонних отношений с европейскими державами и США наряду с сохранением активного участия России в ОБСЕ способны заложить институциональную основу взаимодействия и согласования интересов России с главными субъектами европейской политики, ее полновесного участия в формировании новой системы отношений в Европе. С 2003 г. сотрудничество развивается в рамках создания четырех общих пространств: экономического; свободы; безопасности и законности; внешней безопасности, науки, образования и культуры. Несмотря на возможность постоянной автоматической пролонгации СПС на год, стороны пытаются прийти к заключению нового соглашения, в котором отражены реалии новой ситуации, сложившейся в Европе и мире в конце первого десятилетия XXI в.

Лекция 9. Россия в системе современных международных отношений
верх

Вопрос 1. Основные дилеммы формирования новой Европы

Начало перелому в Европе во второй половине 80-х годов положили изменения в политике СССР, руководство которого постепенно отказывалось от стереотипов «классовой борьбы» на международной арене, проявило готовность к сокращению военных потенциалов на принципах разумной достаточности, делало первые шаги по демократизации политической системы, пошло на участие в международных механизмах обеспечения прав человека. Принципиальное значение имел отказ СССР от «доктрины Брежнева», оправдывавшей прямое, в том числе военное вмешательство в дела стран, входивших в сферу советского влияния. Отказ СССР от «доктрины Брежнева» открыл дорогу демократическим революциям второй половины 1989 г., в ходе которых в большинстве случаев практически без сопротивления пали коммунистические режимы в ГДР, Болгарии, Чехословакии, Румынии и Албании. Эти государства, как до них Венгрия и Польша, встали на путь реформ, в основу которых были положены ценности демократии, политического плюрализма, рыночной экономики. Падение Берлинской стены и объединение Германии 3 октября 1990ознаменовало также крушение послевоенной ялтинско-потсдамской системы. События начала 90-х годов изменили баланс политических сил в мире.

  1. В течение короткого времени прекратили свое существование организации, обеспечивавшие в годы холодной войны господство СССР в Восточной Европе. 27 июня 1991 г. был подписан протокол о роспуске СЭВ, а 1 июля того же года - протокол о прекращении действия Варшавского договора, уже с 1990г. существовавшего лишь на бумаге. В 1991 г. страны ЦВЕ ускорили процесс пересмотра двусторонних политических договоров с СССР. Советские войска были выведены из Венгрии, Польши и Чехословакии. Сформировалась новая система внешнеполитических приоритетов стран ЦВЕ, которые свою главную задачу видели в интеграции в Совет Европы, ЕС, НАТО.
  2. Возникновение югославского кризиса, начало в 1991 г. военного противостояния между Сербией и заявившими о выходе из состава федерации Хорватией и Словенией, а с 1992 г. - война в Боснии и Герцеговине (БиГ). Распад СССР в конце 1991 г. - все это привело к глубоким изменениям ситуации в Европе. Это привело к снижению управляемости внутригосударственных и международных процессов на посткоммунистическом пространстве в условиях отсутствия эффективных региональных и субрегиональных механизмов.
  3. В новых условиях сохранили свою роль институты западноевропейского (ЕС, ЗЕС, Совет Европы) и евро-атлантического сотрудничества (НАТО). Однако и эти организации оказались перед необходимостью определения своей новой роли в решении проблем европейского развития, а также формирования новых отношений с посткоммунистическими государствами.

Основные дилеммы формирования новой Европы

К числу основных дилемм европейской политики, от разрешения которых во многом зависит будущая система межгосударственных отношений в Европе, относятся следующие:

  1. Объединение Германии и снятие последних формальных ограничений ее суверенитета способствовали возрождению в ряде стран опасений по поводу возможных притязаний Германии на доминирующую роль в Европе. Активизация политических и экономических связей Германии со странами ЦВЕ и Россией; ее ведущая роль в поддержке проводимых здесь реформ и в обеспечении притока иностранных инвестиций лишь усилии подозрения, что на каком-то этапе Германия может поддаться соблазну проведения не согласованной с партнерами по ЕС и НАТО политики. Стремление обеспечить возможно более глубокую интеграцию Германии в многосторонние структуры стало одним из побудительных мотивов ускорения процесса преобразования Европейских сообществ в Европейский союз, постепенного расширения наднациональных полномочий союза, в рамках которых имеется в виду «растворить» возросшее влияние ФРГ
  2. На протяжении веков отношения России с Европой в концептуальном и в практическом плане характеризовались как взаимным притяжением, так и взаимным отталкиванием. Демократизация сначала в СССР, а затем в России, политика рыночных реформ и адаптации к мирохозяйственным процессам создают предпосылки для постепенной интеграции России в новую систему европейских и глобальных отношений на основе партнерства. Тем не менее судьба и конечный результат российских реформ, самоидентификация России, определение ее места и роли в новой Европе еще в высшей степени неопределенны.
  3. Преодоление политического и идеологического раскола Европы в конце 80-х годов не сняло и не могло автоматически снять проблему разрыва в уровнях социально-экономического развития между государствами Запада и Востока Европы. Десятилетия коммунистического господства и плановой экономикизатормозили развитие ЦВЕ, отбросили ее на обочину мирового и европейского хозяйства. Наиболее развитые страны ЦВЕ поуровню ВВП на душу населения сопоставимы с беднейшими странами ЕС. Трудности переходного периода порождают опасность внутренней дестабилизации в отдельных странах, способной иметь трансграничные последствия. Наиболее тревожным примером внутренней дестабилизации явился хаос в Албании в 1996 - 1997 гг.
  4. После окончания холодной войны Европа не избежала возникновения локальных и региональных конфликтов, в том числе вооруженных. Массовое применение силы в бывшей Югославии стало самым тяжелым шоком для Европы, не испытывавшей столь масштабных потрясений на протяжении всего послевоенного периода. В связи с возникновением открытых конфликтов в странах бывшего СССР, проведением этнократической политики рядом новых независимых государств, порой приобретающей характер «этнических чисток», латентной опасностью сепаратизма и ирредентизма в ЦВЕ проблема внутренних конфликтов и «агрессивного национализма» сегодня рассматривается в качестве одного из главных вызовов европейской безопасности.
  5. Военное вмешательство НАТО в конфликт в Косово (СРЮ) в марте - июне 1999 г. поставило Европу перед рядом новых проблем. Первая из них - продемонстрированная НАТО претензия на право военной интервенции без санкции Совета Безопасности ООН или ОБСЕ за пределами зоны собственной ответственности в случае (как это имело место в СРЮ) грубыхнарушений прав человека и национальных меньшинств.
  6. Новые вызовы безопасности позволили в 90-е годы говорить о нетрадиционных измерениях политики безопасности, не сводимой больше к политике обороны, ограничения вооружений и контроля над вооружениями. Среди новых вызовов безопасности наибольшее внимание в последнее время привлекает массовая миграция населения, в том числе возросшие потоки беженцев; незаконный оборот наркотиков и торговля оружием; приобретающие международный характер терроризм и организованная преступность.

Если в 1989 - 1992 гг. большинство европейских государств проявляли осторожность в оценке возможных вариантов формирования новой европейской системы, то с 1993- 1994 гг. под воздействием ряда объективных процессов набор обсуждаемых вариантов постепенно сужался. К 1997г. этап дискуссий завершился. Более очевидными стали контуры формирующегося облика Европы, хотя его детали еще остаются предметом обсуждений. По существу, в 1993- 1997 гг. произошла «смена парадигмы» формирования единой Европы, которая рождается сегодня не на основе «сближения» Востока и Запада, а в результате постепенного расширения западных организаций. Наиболее существенным в этом плане является расширение на Восток ЕС и НАТО. В то же время многообразие европейских процессов не сводится к расширению этих организаций, а ведет к формированию «концерта» европейских институтов, каждый из которых по-своему уникален и незаменим с точки зрения управления европейскими процессами.

Вопрос 2. Евросоюз, НАТО и Россия

С окончанием холодной войны перед НАТО в большей мере, чем перед другими европейскими организациями, встала проблема адаптации своей политики и стратегии к новой ситуации и развития новых отношений со странами, входившими в ОВД. Начало процессу адаптации политики и стратегии НАТО было положено лондонской сессией Совета НАТО на высшем уровне (июль 1990 г.). При этом альянс реагировал на ряд основных вызовов, перед которыми оказалась организация.

  1. Изменение военно-политической обстановки, исчезновение опасности внезапного широкомасштабного военного конфликта между Востоком и Западом, выход на передний план локальных внутренних и межгосударственных конфликтов, не затрагивающих непосредственно военную безопасность стран НАТО, не только требовали пересмотра военной стратегии альянса, но и усиливали настроения в пользу сокращения вооруженных сил и военных расходов в большинстве стран НАТО.
  2. Усилившаяся в начале 90-х годов в ряде западноевропейских стран тенденция к активизации оборонного сотрудничества в рамках ЗЕС стимулировала расслоение внутри НАТО.
  3. Изменение с начала 90-х годов соотношения традиционных и новых (преимущественно невоенных) вызовов безопасности ставило под вопрос будущее НАТО как военной организации.

В декабре 1991 г. в Риме была принята новая стратегическая концепция НАТО.В ее основу был положен вывод о том, что подготовка к отражению крупномасштабного нападения более не является центральной задачей альянса. Наиболее вероятной угрозой безопасности стран НАТО считались межэтнические конфликты и территориальные споры. В соответствии с этим выводом НАТО отказалась от концепций передовой обороны и гибкого реагирования. Уменьшилась ее зависимость от ядерного оружия. Главными задачами альянса считались урегулирование кризисных ситуаций, расширение диалога с не входящими в НАТО странами, совместное с ними решение возникающих проблем безопасности на основе сотрудничества. Существенные изменения произошли в дислокации вооруженных сил НАТО. Из Германии выведены две трети размещавшихся там сухопутных войск. На 70% сокращено количество боевых самолетов, на две трети - численность личного состава частей передового базирования. Численность вооруженных сил США в Европе сократилась с 300 до примерно 100 тыс. человек. Создаются многонациональные формирования (корпус быстрого реагирования). Модернизируется структура военного командования НАТО. Военное планирование адаптируется к новой ситуации, в которой главной задачей становится участие в поддержании мира и регулировании кризисов. В январе 1994 г. одобрена концепция многонациональных оперативных сил, предусматривающая возможность формирования коалиционных сил для проведения операций с участием стран НАТО, ЗЕС, а также государств, не являющихся членами данных союзов. Наиболее существенные изменения в политике и военной стратегии НАТО в 90-е годы заключались в следующем:

  1. Произошло изменение роли и характера кризисного планирования. Соответственно, на передний план выдвигается использование возможностей воздействовать на локальные кризисы с целью их урегулирования.
  2. В соответствии с данной задачей одним из основных направлений военного планирования НАТО становится подготовка к проведению операций по поддержанию или установлению мира.
  3. Концепция многонациональных оперативных сил открывает возможность для проведения подобных операций с участием государств, не являющихся членами НАТО. Отработка практических аспектов такого взаимодействия проводится в рамках программы «Партнерство ради мира» (ПРМ), реализуемой НАТО с 1994г.

Эволюция доктрины НАТО в период после окончания холодной войны была оформлена в новой стратегической концепции альянса, принятой на вашингтонской встрече в верхах, состоявшейся 23 - 24 апреля 1999 г. В документе подтверждены оборонительный характер союза и его готовность к укреплению сотрудничества с новыми партнерами; в нем отмечается, в частности, опасность появления очагов нестабильности в евро-атлантическом регионе и за его пределами. В этой связи перед вооруженными силами альянса ставится задача быть готовыми к проведению операций по реагированию на кризисы за пределами территории государств - членов НАТО, а также к участию в мерах по поддержанию международного мира и безопасности, принимаемых другими межгосударственными организациями. Развитие партнерских отношений НАТО с бывшими участниками ОВД прошло несколько этапов. В 1991 г. ряд стран ЦВЕ ставили перед НАТО вопрос о предоставлении им статуса ассоциированных членов союза. В ответ 20 декабря 1991г. НАТО вместе с 9 государствами Восточной Европы учредила Совет североатлантического сотрудничества (ССАС) - многосторонний консультативный орган, в рамках которого согласовывались программы сотрудничества между НАТО и бывшими членами ОВД. После распада Советского Союза участниками ССАС стали страны бывшего СССР, а также Албания. В работе ССАС в качестве наблюдателей принимали участие Австрия, Финляндия, Швейцария и Швеция. На Лондонской (1990) и в Римской (1991) конференциях союзники обозначили новые функции альянса, в число которых входили расширение миссии, зон ответственности и членского состава.

С осени 1993 г., когда в странах ЦВЕ и на Западе активизировалась дискуссия о расширении НАТО на Восток, по инициативе США была разработана программа «Партнерство ради мира».Эта программа, официально принятая на сессии Совета альянса в Брюсселе 10-11 января 1994 г., была адресована всем участникам СБСЕ. Заинтересованные государства могли подписать рамочный документ ПРМ, в котором излагались политические цели программы: обеспечение транспарентности национального военного планирования и оборонных бюджетов, демократического контроля над вооруженными силами; поддержание способности и готовности вносить вклад в миротворческие операции, проводимые под руководством ООН и/или под эгидой ОБСЕ; совместное планирование, обучение и проведение учений Для отработки операций по поддержанию мира, поисковых и спасательных операций, гуманитарных и других акций; обеспечение в долгосрочной перспективе большей совместимости вооружениях сил государств-партнеров и НАТО. В дальнейшем каждое государство могло разработать индивидуальную программу партнерства с НАТО. ПРМ способствовала индивидуализации отношений альянса с государствами-партнерами.Транспарентность индивидуальных программ обеспечивалась созданием в рамках ССАС координационного комитета по военно-политическим вопросам ПРМ. В ПРМ участвовали 24 государства, включая Россию, страны СНГ и нейтральные страны Западной Европы (Австрия, Финляндия, Швейцария, Швеция). На практике ПРМ не только позволила интенсифицировать военно-политическое сотрудничество стран ЦВЕ с НАТО, но и способствовала подготовке некоторых из них к вступлению в альянс. К сентябрю 1995 г. альянс подготовил «Исследование по вопросу о расширении НАТО», где были сформулированы основные принципы и критерии этого процесса. Одновременно НАТО выступила с инициативой дальнейшей институционализации политического диалога с Россией. По существу к 1995 г. вопрос о расширении НАТО можно было считать решенным, хотя странам альянса еще предстояло в этой связи решить ряд конкретных проблем:

  • определить круг государств, которые могли бы войти в первую «волну» расширения, продумав при этом политику в отношении стран ЦВЕ, которым на данном этапе было бы отказано в возможности вступить в НАТО;
  • урегулировать отношения с Россией;
  • определить перспективы отношений прежде всего с европейскими странами бывшего СССР и в особенности с Украиной, которые в обозримой перспективе не могут рассчитывать на членство в НАТО.

10 декабря 1996 г. сессией Совета НАТО было принято решение о начале процесса расширения альянса. Подготовка первой «волны» расширения НАТО велась по нескольким направлениям.

  1. В 1996 - 1997 гг. группа секретариата НАТО провела переговоры с двенадцатью странами ЦВЕ, проявившими интерес к вступлению в альянс . В Мадриде 8 июля 1997 г. приглашение вступить в НАТО получили три государства - Венгрия, Польша и Чешская Республика. После коротких переговоров 16 декабря 1997 г. с ними были подписаны протоколы о вступлении в НАТО. 12 марта 1999г. процесс ратификации протоколов завершился вступлением трех стран в НАТО.
  2. С января 1997 г. между НАТО и Россией состоялось несколько раундов консультаций и переговоров относительно совершенствования и развития механизмов политического диалога и согласования политики. Эти переговоры завершились подписанием в Париже 27 мая 1997 г. Основополагающего акта о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией североатлантического договора и Российской Федерацией.
  3. Одновременно с принятием решения о расширении НАТО в июле 1997 г. в Мадриде была подписана Хартия об особом партнерстве между Организацией североатлантического договора и Украиной,предусматривающая установление регулярного политического диалога в рамках Комиссии НАТО - Украина, развитие между ними политического и военного сотрудничества.
  4. 16 января 1998 г. в Вашингтоне была подписана Хартия партнерства между США и странами Балтии,в которой зафиксирована поддержка Соединенными Штатами намерения Латвии, Литвы и Эстонии присоединиться в будущем к европейским и трансатлантическим организациям, в том числе к НАТО. Хартией предусмотрено создание четырехсторонней комиссии по наблюдению за реализацией закрепленных в ней принципов.

С точки зрения НАТО, меры, принятые на разных направлениях, призваны разрешить дилеммы, перед которыми альянс оказался в процессе начавшегося расширения на Восток. В Новой стратегической концепции 1999 г. эти позиции были закреплены. НАТО заявил о расширении зоны ответственности с региональной на глобальную. Это подразумевало широкое определение безопасности, в котором признается важность политических, экономических, социальных и экологических факторов наряду с оборонными аспектами. Приоритетами были названы: сохранение трансатлантических связей; поддержание военного потенциала, создание европейского потенциала в рамках североатлантического союза; продолжение обязательств по предотвращению конфликтов и урегулированию кризисов; линия на партнерство, сотрудничество и диалог; процесс расширения и продолжение открытости НАТО для приема новых членов; поддержка контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения. Одним из приоритетов ее было приближение военного потенциала к границам врага. Формально врагом были определены недемократические режимы Ирака, Ирана и Афганистана. Реально НАТО вплотную приблизился к границам России. В первое десятилетие после холодной войны НАТО начинает активно принимать участие в конфликтах, возникающих в Европе. В 1992 г. самолеты НАТО начали контролировать судоходство в Адриатическом море на предмет соблюдения эмбарго против Союзной Республики Югославия. Первая военная интервенция НАТО была осуществлена в Боснии и Герцеговине в 1995 г. для предупреждения столкновений между общинами с санкции ООН. В 1999 г. ВВС НАТО начали систематические бомбардировки территории Сербии (без получения санкций СБ ООН),что привело крупной гуманитарной катастрофе в регионе.

Прошло три волны расширения Альянса — в 1999 г. присоединились Чехия, Польша и Венгрия, в 2004 г. — Эстония, Латвия, Литва, Румыния, Словакия, Словения и Болгария и, наконец, в 2009 г. — Албания и Хорватия. Поставив в начале 1990-х гг. себе цель превратиться из военно-политического блока в универсальную политико-военную организацию, НАТО постепенно движется к своей цели. На наших глазах происходит не просто реформирование, но политизация блока. Об этом может свидетельствовать тот факт, что решение ни одного международного вопроса не обходится без вмешательства НАТО. Будь то глобальная проблема в лице терроризма и оружия массового уничтожения или региональный конфликт, такой как российско-грузинская война в Южной Осетии. События 11 сентября 2001 г. внесли изменения в общую стратегию. НАТО было необходимо защитить население государств-членов как на своей территории, так и за ее пределами. Первый шаг в этом направлении был сделан в ноябре 2006 г., когда руководители НАТО утвердили «Всеобъемлющие политические указания». Это один из основных политических документов, в котором сформулированы принципы и первоочередные задачи по всем направлениям потенциала Североатлантического союза, аспектам планирования и разведки на последующие 10–15 лет. На саммите в Страсбурге-Келе в апреле 2009 г. руководители НАТО приняли «Заявление о безопасности Североатлантического союза», в котором среди прочего содержится призыв к созданию новой Стратегической концепции. Новая концепция НАТО была принята на Лиссабонском саммите в ноябре 2010 г. В стратегии впервые зафиксировано, что блок не представляет угрозы для России: тема расширения НАТО также отражена в документе: «дверь блока открыта для всех государств Европы, которые разделяют принципы альянса и готовы выполнять все обязанности члена НАТО; позволяет альянсу использовать ядерное оружие в качестве средства сдерживания». Концепция стала основным документом, определяющим политику Североатлантического альянса на ближайшие 10 лет.

Начало XXI в. ознаменовалось военными действиями в Афганистане (2001) и Ираке (2003). Впоследствии на этих территориях были открыты миссии: Международные силы содействия безопасности в Афганистане (МССБ) с 2003 г., Учебная миссия ООН в Ираке (УМН-И) с 2004 г., Силы для Косово (СДК) с 1999 г., которые действуют и по сей день. География операций НАТО расширяется, на данный момент в них участвует порядка 70 тысяч военнослужащих. Ряд миссий и операций завершен: Босния и Герцеговина (1995–2004), бывшая Югославия и Республика Македония (2001–2003), ликвидация последствий в Пакистане (октябрь 2005 — февраль 2006), две операции в Аденском заливе по борьбе с пиратством (октябрь-декабрь 2008, апрель-июнь 2009). Под руководством ВМС НАТО в Средиземном море проходит операция «Активные усилия», сосредоточена на обнаружении и сдерживании террористической деятельности на Средиземном море, позднее круг задач данной операции расширился, в него было включено сопровождение в Гибралтарском проливе пассажирских и грузовых судов союзников по НАТО. С 2007 г. НАТО оказывает содействие Африканскому Союзу в рамках миссии в Сомали (АМИСОМ). Сфера ответственности НАТО в XXI в. вышла далеко за рамки Европы. Активную деятельность ведет НАТО в рамках программы «Партнерство ради мира», которая действует с 1994 г., на данный момент в программе участвуют 24 европейских государств и бывшие советские республики Закавказья и Центральной Азии, которые не являются членами организации.

НАТО и Россия

Формальные отношения между НАТО и Россией были установлены в 1997 г. при подписании Основополагающего акта о взаимных отношения. В 2002 г. в Риме была подписана декларация «Отношения между НАТО и Россией: Новое качество» на основе которой был создан Совет Россия-НАТО (СРН). Основные направления областей, включающих в себя борьбу с терроризмом, антикризисное регулирование, нераспространение, контроль над вооружениями и меры по укреплению доверия, противоракетную оборону театра военных действий, тыловое обеспечение, военное сотрудничество, военную реформу и гражданские чрезвычайные ситуации. В августе 2008 г. НАТО не приняло российское предложение созвать СРН для поиска совместного разрешения ситуации, возникшей в результате вооруженного нападения Грузии на граждан Южной Осетии и находившихся там российских миротворцев. Не согласились в НАТО и с признанием независимости Южной Осетии и Абхазии со стороны России. Отношения с нашей страной по инициативе Альянса были заморожены (по всем направлениям, кроме афганского) вплоть до конца 2009 г. В ноябре 2011 г. состоялся первый саммит СРН после кризиса. В итоговом заявлении было подчеркнуто стремление обеих сторон к необратимости взаимовыгодного партнерства.

Основные контуры будущей системы отношений в Европе

Ввиду принятия в 1997 г. прежде всего ЕС и НАТО решений о начале процесса их поэтапного расширения на Восток, а также с учетом промежуточных результатов дискуссии в рамках ОБСЕ о модели общей и всеобъемлющей безопасности для Европы XXI в., ведущейся с 1995 г. по инициативе России, можно утверждать, что в настоящее время Европа вступила в решающую фазу формирования новой системымежгосударственных отношении, контуры которой вырисовываются все более ясно. Во-первых, это начавшееся расширение западноевропейского и атлантического сообществ безопасности.Динамика европейского развития в последние четыре года характеризовалась сменой парадигмы формирования «большой» Европы. Сближениевосточной и западной частей континента в рамках общеевропейских структур, идея которого пронизывает парижскую Хартию 1990 г., не стало доминирующей тенденцией. Верх взяла тенденция к расширению западных организаций на Восток. Во-вторых, это плюралистический характер формирующейся системы европейской безопасности, если рассматривать ее с институциональной точки зрения. Уже на ранней стадии дискуссий об «архитектуре» европейской безопасности стало очевидно, что она не должна быть и не будет иерархичной. Речь сегодня идет скорее о том, как лучше выстроить «концерт» европейских организаций, в котором каждая из них исполняла бы свою «партию», исходя из необходимости их тесного взаимодействия, а не конкуренции, и учитывая ресурсы и возможности остальных. В-третьих, это отсутствие необходимости создавать новые организации в Европе.Задача сегодня состоит в том, чтобы упорядочить взаимодействие существующих региональных организаций, при этом устраняя неоправданное дублирование в их деятельности там, где оно возникает, улучшить координацию в интересах достижения синергетического эффекта от согласованных действий. Иными словами, речь идет о совершенствовании взаимодействия между ОБСЕ, НАТО, ЕС, ЗЕС, Советом Европы в соответствии с концепцией безопасности, основанной на сотрудничестве, а не о формировании системы коллективной безопасности в Европе. Наконец, это вопрос о том, каким образом Россия будет встраиваться в новую систему отношений в Европе. Смена парадигмы формирования единой Европы, безусловно, имеет для России иное значение, чем для большинства восточноевропейских стран. Прежде всего потому, что в отличие от них перед Россией не стоит вопрос о вступлении в ЕС или НАТО. Расширение же последних сужает для России выбор путей интеграции в новую европейскую систему. Вместе с тем нет никаких оснований драматизировать происходящее в Европе.



Заметили опечатку?

Выделите текст и нажмите CTRL+ENTER.

Поступить в МИЛ

  • captcha

Поступить в МФЭИ

  • captcha

Demo Demo